Фурнитур подчинился и теперь смотрел на него огромными глазами, дрожа всем телом. Юи очень хотелось быть с хозяином, но его не отпускал липкий страх, и он не имел ни малейшего представления, что делать дальше. Взгляд его не отрывался от чудовищного агрегата блонди. Всё-таки… хозяин ошибся. Как он сможет втиснуть… ЭТО… в такую маленькую дырочку?
Рауль же с любопытством изучал тело юноши. На нежной светлой коже он не заметил ни единого шрама — операция была проведена безупречно. Конечно, сейчас хозяин предпочел бы видеть Юи нетронутым, но ведь он сам когда-то выбрал парня себе в фурнитуры…
— Протяни руку! — прошептал он, затем щедро налил в ладонь юноши масла и направил ее к своему изнемогающему члену. Дальнейшие указания фурнитуру не потребовались: он столько раз видел, как блонди наносит на себя смазку. Уверенными движениями Юи тщательно увлажнил ствол хозяина.
— Ох-х-х, — простонал Рауль. — То, что надо. — Ему было так хорошо, что он чуть не кончил в руку фурнитура, но вовремя вспомнил, что впереди его ждет нечто куда более захватывающее. — Отлично. Теперь перевернись… ложись на живот.
Юи подчинился без рассуждений, с губ его сорвалось едва слышное «да, хозяин». Рауль с волнением смотрел сверху вниз на крепкие, идеально закругленные ягодицы фурнитура, и кровь бешено стучала у него в висках. Он забрался на постель и коленями раздвинул ноги Юи. Трепет юноши передавался хозяину и посылал новые волны жара к его паху. Дрожащими пальцами блонди направил свой член между мягкими полушариями, нащупывая вход.
— Не шевелись, — скомандовал он. — Сначала будет больнее всего. — Рауль начал с усилием пробираться вперед, преодолевая сопротивление мышц, пока головка не оказалась внутри. Юи пронзительно вскрикнул, и хозяин остановился. — Он уже в тебе… но пока не очень глубоко.
— Больно, — всхлипнул юноша.
— Знаю. Скажи, когда будешь готов. — Рауль прикрыл глаза, борясь с охватившим его почти непреодолимым желанием ворваться в парня до упора.
Прошло немного времени, и Юи слегка расслабился.
— Я готов, хозяин.
Второго приглашения Раулю не потребовалось. Он продвинулся еще на пару миллиметров, исторгнув из фурнитура новый мучительный вскрик. Протянув руку, хозяин погладил волосы Юи, желая утешить его, но еще сильнее желая не останавливаться.
— Юи, — сказал он наконец, — я больше не могу ждать.
— Хозяин… делайте то, что доставит вам наибольшее удовольствие, — покорно ответил фурнитур.
Рауль со стоном закрыл глаза и, схватив парня за бедра, погрузился сразу в самую глубину. Крики Юи разрывали его сердце, и он остановился, накрыв фурнитура своим телом.
— Тс-с-с, — успокоил он юношу, — всё в порядке. Я уже полностью в тебе. — Блонди снова погладил фурнитура по голове. Тот безуспешно пытался не разрыдаться. — Не сдерживайся. Поплачь.
Мягкие слова и прикосновения хозяина ободрили Юи, и он дал волю слезам. Вскоре боль начала стихать, парень снова успокоился и только тихонько посапывал. Рауль, терпеливо ждавший, пока партнер к нему привыкнет, уже сходил с ума от желания. Он начал медленно, плавно толкаться вперед. Парень охал и морщился, но понемногу расслаблялся. Рауль никогда прежде не попадал в такие тесные объятия, даже Рики не был настолько узким. Юи сжимал хозяина так сильно, так сладко и безжалостно…
Блонди протяжно застонал и совершенно перестал сдерживаться, с каждым толчком вторгаясь всё глубже. Юи больше не вскрикивал — теперь он задыхался, сам не понимая, что с ним происходит. То, что делал хозяин… было приятно.
— Ох-х-х, — тихонько выдохнул фурнитур.
Ухо Рауля сразу уловило этот звук.
— Тебе уже нравится, да? — Охваченный похотью, он принялся вколачиваться в тесный туннель.
— О-о-о, — простонал Юи, дрожа от волнения, — мне нравится… хозяин!
— Помоги, Юпитер, — прошептал себе под нос блонди, затем простонал: — О, Юи… какой же ты узкий… больше не мо… о-о-о-о! — Достигнув пика, Рауль громко закричал и кончил так мощно, что против воли зажмурился — ему показалось, что удовольствие сейчас разорвет его изнутри. Хватая ртом воздух, он всем телом навалился на спину партнера.
Придавленный тяжестью блонди, юноша улыбнулся, наслаждаясь моментом близости с хозяином.
— Святая мать Амои! — прорычал Рауль, внезапно осознав, что только что пережил самый яркий сексуальный опыт в своей жизни — не с Ясоном и даже не с Рики или другим петом, а с собственным фурнитуром. Подобный союз нарушал все писаные и неписаные законы, так что, узнай об этом Юпитер, их обоих без разговоров отправили бы на нейрокоррекцию.
