— Когда б я знал, — сконфуженно пробормотал Рики. — Мне это просто в голову не пришло.
Для него самого эта мысль стала неприятным открытием: он вдруг осознал, что незаметно превращается в настоящего ручного пета.
— Неужели? — Ясон еще теснее прижался к монгрелу и уткнулся лицом ему в шею.
— У меня в голове крутилось только одно: наконец я вернулся в Церес. И это было… как-то странно. Снова встретить парней… Хуже всего… они ведь не особо-то и удивились, когда меня увидели. Ну, только в первый момент глаза выпучили. А по большому счету им было… наплевать.
«Всем, кроме Гая», — добавил он про себя. Но потом и Гай его тоже разочаровал.
— Но… на самом деле они совсем не изменились. То есть… кто изменился, так это я сам. В том мире я стал чужим.
Рики замолчал, пытаясь представить себе, чем сейчас может быть занят Гай и что он делает, узнав об исчезновении Кея. Сколько времени пройдет, прежде чем он заподозрит, что случилось неладное?
Слушая, как пет рассказывает о Цересе, Ясон подмечал тоскливые нотки в его голосе. Неужели всё еще думает о Гае?.. Блонди почувствовал укол ревности и инстинктивно прижал к себе своего любимца еще крепче.
— Ну а если бы… я немного ослабил твою цепь, это бы тебя порадовало? — спросил он.
— Ты о чем? — Рики с недоверием отнесся к предложению хозяина «ослабить цепь» — он еще помнил, как блонди однажды дал ему такое же обещание, а сам устроил за ним слежку.
— Я о том, что разрешу тебе гулять по Танагуре, как это делают другие петы. Когда полностью поправишься, конечно же. И еще — ты можешь спускаться в «Салун» на первом уровне.
— В «Салун»? — Лицо Рики просветлело — хотя он ничего не слыхал об этом заведении, название звучало заманчиво.
— Да, это что-то вроде бара для петов. Думаю, тебе необходимо больше общаться.
— Точняк! Там и спиртное продают, да?
— Конечно, пет.
— Какие-нибудь ограничения?
— Нет, если не станешь являться домой пьяным вдребезги.
— Значит… именно там тусуются петы, которые обитают в этой башенке?
— Да. — Близость обнаженного монгрельского тела привела к вполне предсказуемому результату: блонди мучительно захотелось взять своего Рики, хотя он понимал, что пет серьезно болен и время для любовных игрищ совсем не подходящее.
— Круто! — обрадовался Рики — он уже почти год не общался с другими петами Эоса.
В прошлом монгрел записал их всех в хамы и снобы, и дело кончилось тем, что он однажды подпортил физиономию Энифу, на редкость наглому типу — на свободной вечеринке тот подставил ему подножку. Как ни странно, Ясон тогда совсем не рассердился, но с тех пор на вечеринки Рики с собой не брал и никогда не выставлял для спаривания. Не то чтобы монгрелу хотелось с кем-нибудь спариться — ну, если только самому кого-нибудь трахнуть. И всё же вечеринки были хоть маленьким да развлечением, так что перспектива иногда проводить время в этом «Салуне» выглядела весьма привлекательной.
Внезапно Рики почувствовал, что блонди возбужден, и улыбнулся.
— Да у тебя стояк!
— Боюсь, ты прав.
— Тебе помочь… чем-нибудь?
Теперь улыбнулся Ясон.
— Спасибо, пет, но ты еще нездоров. Однако, — он встал и запер дверь, — я могу сам позаботиться об этой проблеме, любуясь твоим телом.
Со вчерашнего дня блонди ни разу не имел возможности кончить, и теперь чувствовал, что того и гляди взорвется.
— Как в добрые старые времена, — ехидно прокомментировал пет. — С единственной разницей — я не в цепях.
— Просто лежи и отдыхай. Мне достаточно лишь смотреть.
— Если это всё, что тебе нужно, какого хрена ты вечно заставлял меня показывать шоу? — парировал Рики.
— Потому что это заводит намного сильнее, — прошептал Ясон. — Но сейчас тебе не обязательно показывать для меня шоу, хотя ты мог бы раздвинуть ноги пошире, чтобы мне было лучше видно.
Блонди вытащил набухший болезненный член и встал у кровати, глядя на Рики сверху вниз. Монгрел даже в таком состоянии был необычайно красив. Он лежал на постели, раскинув ноги, слабый и беспомощный, и это так разожгло аппетит хозяина, что тот принялся с места в карьер надраивать свой крепкий ствол.
Рики пялился на него во все глаза. Ему нечасто доводилось видеть, как хозяин удовлетворяет сам себя. Даже когда монгрел только попал в Эос, Ясон всегда заставлял его показывать шоу в полутьме, а сам скрывался в глубокой тени и наблюдал, держась на расстоянии, незримый и безликий. Иногда Рики удавалось краем глаза заметить, как он ласкает себя, но еще ни разу блонди не делал этого так, как сейчас — в открытую, при ярком дневном свете. Увлеченный спектаклем, монгрел пожалел, что чувствует себя недостаточно хорошо, чтобы в полной мере насладиться зрелищем.
Ясон стоял, широко расставив ноги и глядя на своего любимца с откровенной похотью. С разомкнутых губ рвалось тяжелое, судорожное дыхание, блонди закатил глаза и подался бедрами вперед. Рука его двигалась умело и непринужденно — и так стремительно, что Рики почти не различал пальцев.
— Ты просто ходячий секс, — заметил монгрел с легкой улыбкой. — Ты должен иногда устраивать для меня такие шоу… когда я поправлюсь.
