Фурнитур тщательно спрятал довольную улыбку — с этим охранником он готов был гулять по пентхаусу часами. Блонди же поспешил к больному пету, но не успел он войти в спальню, как Рики обрушился на него с упреками:
— Я опять отрубился, и мне приснилась очередная гадость. Ты же обещал меня разбудить, мать твою!
Ясон улыбнулся и с облегчением отметил про себя, что к пету возвращаются силы и он снова становится таким, как был всегда — строптивым монгрелом, изливающим свое негодование в крепких цересских выражениях.
— Я был занят.
— Ну ладно, мне нужно отлить. Я пытался встать, только вот… ноги пока не держат.
— Я тебя отнесу. — Ясон подхватил его на руки как пушинку и направился в ванную комнату.
— Погоди-ка, а ты уже проделывал это раньше? — Рики смутно помнил, что блонди его вроде бы куда-то тащил.
— Да, любовь моя.
— Хм. А ты, случайно… не купал меня в ванне — или что-то типа того?
— Купал — прошлой ночью, чтобы сбить температуру.
— Я думал, мне приснилось… — Рики замолчал, вспоминая свой кошмар, в котором он погружался в воду, а мертвый Кей звал его откуда-то из глубины. — У меня грудь болит, — пожаловался он. — Дышать тяжело.
— Врачи скоро будут здесь. Вчера они имплантировали тебе в легкие дозатор с лекарством. У тебя скоро начнется кашель — нужно будет избавиться от скопившейся мокроты.
— Жесть! — простонал Рики. — Теперь еще и мокрота. Жду — не дождусь.
В ванной комнате Ясон поставил пета на ноги, а сам встал позади него, чтобы помочь.
— Что за хрень?! — возмутился монгрел. — Отлить я и сам сумею!
— А не упадешь? — забеспокоился Ясон, не выпуская его из кольца рук.
— Не упаду, — ответил Рики, правда, слегка неуверенно. — Подожди за дверью.
Блонди осторожно разомкнул руки, но как только пет начал оседать на пол, тут же снова подхватил его под мышки.
— Вот бля! — прошептал Рики. — Ну ладно, ты меня только поддержи, а дальше я уж справлюсь сам.
Внезапно в голове пета промелькнули неясные воспоминания о вчерашней ночи и о похожей сцене в ванной.
— Ты ведь… уже делал это, да? — с подозрением спросил он.
— Да, пет.
Рики замолчал, сгорая от стыда. Его смущало и журчание льющейся струйки, и ее густой, своеобразный запах. Он убеждал себя, что ничего тут такого нет, и вспоминал давнюю историю, когда он стоял распятый на Т-стенде, а Ясон так же… помогал ему, только с совершенно иными целями. И всё же пету была неприятна сама мысль о том, что блонди может наблюдать такие стороны его жизни — интимные, но не связанные с сексом. Монгрел и сам не мог объяснить, почему для него так важно не выставлять подобные вещи напоказ.
— Здесь нечего стыдиться, любовь моя! — мягко сказал Ясон.
— Ну да, захочешь отлить — обращайся, я тебе помогу, — огрызнулся Рики.
— Если это доставит тебе удовольствие…
Монгрел улыбнулся — его обезоружило стремление хозяина сделать ему приятное. Хотя какое уж тут удовольствие, если для блонди это вовсе не унижение!
— Я закончил, — объявил он.
Ясон понес пета назад, и тот умиротворенно вздохнул, наслаждаясь теплом и уютом в объятиях хозяина. В глубине души он был рад, что вернулся домой, хотя если бы Кей не умер у него на руках, возможно, он чувствовал бы себя иначе. И всё же присутствие хозяина придавало уверенности и сил, и Рики начал по достоинству ценить его заботу.
— Можно мне еще дынного сока? — попросил он.
— Конечно, можно, пет. — Ясон улыбнулся, довольный тем, что его любимец снова в пентхаусе и в его объятиях. — Рики, — прошептал он, — я так за тебя боялся! Пожалуйста, пет, пообещай, что больше никогда не попытаешься сбежать!
Сердце монгрела растаяло — хозяин просил, а не отдавал приказы, — и несколько минут он молча наслаждался своей властью над блонди.
— Может, и пообещаю, — ответил он, скромно потупив взгляд, — если ты пообещаешь, что позволишь тебя связать!
Внезапно Ясон почувствовал, что его переполняет любовь. Она росла и ширилась в груди, упорно распрямляясь, как сжатая пружина, и раздвигая его собственные привычные границы. И его жестоко терзала мысль о том, что Рики не отвечает ему взаимностью, потому и решился на побег.
Блонди крепко прижал к себе пета и вздохнул.
— Ты так мне дорог, Рики! Ты… причинил мне такую чудовищную боль!
Улыбка исчезла с лица монгрела, когда он начал осознавать, как глубоко ранил Ясона. Блонди смотрел на него в упор, и Рики мог поклясться, что в глазах хозяина блестят слезы.
— Я не хотел причинить тебе боль, — тихо ответил пет. — Дело… не в тебе, а в моей свободе. Я таким родился и не выношу, когда мою свободу пытаются отнять. Хотя… думаю, ты всё равно не поймешь.
Когда они вернулись в спальню, Ясон положил монгрела на кровать, а сам пристроился рядом, заключив его в объятия.
— Вот чего я никак не пойму, Рики: почему ты не сбежал, когда получил неделю полной свободы? Или ты именно поэтому тогда не вернулся вовремя?
— Нет, — быстро ответил монгрел. — Тогда я и не думал о побеге. Ты бы всё равно меня нашел. Просто… честно говоря, хотел сделать что-нибудь тебе назло… ну, из-за того недоразумения.
— И всё же ты не ответил на мой вопрос. Почему ты тогда не попытался сбежать?
