Что ж, осталось надеяться, что они не догадаются преследовать оба корабля сразу. Мало ли кто решил улететь с планеты одновременно с угонщиками.
Убедившись в том, что все идет как надо, я покинула капитанскую рубку и помчалась к спасенным. В каюте малышей было удивительно тихо. И это заставило мое сердце болезненно сжаться.
Но открыв дверь, я облегченно вздохнула. Двое малышей лет пяти-шести - близняшек, судя по одинаковым светлым макушкам, - крепко спали, обнявшись. Оба в потрепанной одежде, грязные, но живые.
Еще одна девочка примерно того же возраста сидела, забившись в угол. Ее худенькое тельце сотрясала дрожь. До чего же эти мерзкие осьминоги довели бедную малышку. Она даже посмотреть на меня боится.
- Все хорошо милая, - шепнула я и погладила девочку по темным кудряшкам. - Мы летим домой, к маме и папе. С тобой больше не случится ничего плохого.
Два зеленых, как весенние луга, глаза посмотрели на меня с подозрением. И все же надежда лучиками тепла пробивалась сквозь детские страхи.
- У меня нет мамы и папы, - так же шепотом сказала девочка. - Нас с Колей и Машей забрали из приюта.
Я опустилась возле нее на колени. Прижала к себе, не находя слов, чтобы описать то, что чувствовала. Эти осьминоги не стали похищать деток из семей, наверняка боясь реакции наблюдателей из Межгалактического Союза. Забрали сирот, из-за них большой шумихи не поднимется. Решат, что детки сбежали и где-нибудь заблудились.
- У такой хорошенькой девочки обязательно должны быть родители, - всхлипнула я. - И мы их непременно отыщем. А пока давай уложим тебя спать.
- Можно мне умыться? - попросила девочка. - И почистить зубы. Няня говорила, если не будем этого делать, нас заберут чудовища. Мы не слушались, и вот...
Я глубоко вздохнула и досчитала до трех, прежде чем ответить. Малышка считает себя виноватой в похищении, не понимает происходящего. Это не просто преступление - похищать детей, это кощунство. Нет такого наказания, которое бы смогло искупить вину осьминогов.
- Нет-нет, ты здесь не при чем, - заверила я малышку. - Это стерве... инопланетяне, очень плохие существа, похитили вас и хотели продать. Но мы им не позволим. А зубы обязательно почистим. И умоемся. Тебя как зовут?
- Светланка, - обрадовалась девочка. - А тебя? Ты, наверное, добрая фея? Или волшебница?
- Ни то, ни другое, - я не сдержала улыбки. - Меня тоже похитили и долго держали против воли. Но знаешь, среди инопланетян есть и хорошие. Они помогли мне выжить и разрешили вернуться домой.
- И ты возьмешь нас с собой? - поинтересовалась Светлана.
- Уже взяла, - улыбнулась я.
- А кто тот дядя, который перенес нас сюда? - малышка вспомнила об Аре. - Он отправится домой вместе с нами?
- Надеюсь, - вздохнула я. - Только он полетит отдельно, на другом корабле.
И поспешно вернула на лицо добродушное выражение: нельзя пугать Светланку. Она и без того настрадалась.
Волновой душ малышка принимала вместе со мной. Одевалась тоже. Даже спать улеглась рядом. И утром ходила за мной хвостиком, словно боясь, что я исчезну.
Коля и Маша держались более отстраненно, не слишком доверяя незнакомке. Но постепенно мне удалось разговорить их и настроить на позитивный лад. Все складывалось удачно, и только сердце обливалось кровью от страха за Ара.
Да и мысли о Хане продолжали преследовать. И все же я радовалась, что не стала чистить память. Пусть наш неудавшийся роман останется в моей душе. Когда-нибудь все плохое забудется, но ощущение счастья, что я испытала однажды, станет наградой за долгие терзания.
Поступила ли я правильно, покинув Лаэс? Не поторопилась ли с выводами? Возможно, но ждать больше не осталось сил. Хан погряз в чувстве вины и сомнениях. Ему никто не в силах помочь, кроме него самого.
Жаль только, что расстались мы, так и не помирившись. Не поговорив толком, не попробовав понять друг друга. Но если Хан не желает подпускать ближе, то сбежать - самый разумный выход. Остаться я могла бы с тем, кому действительно нужна. Как, например, сейчас трем несчастным детям. Они стали моим утешением. Каждый раз, глядя на них, мирно играющих в каюте, я понимала, что поступила правильно.
Лететь осталось совсем недолго. Установленный на автопилоте таймер отсчитывал антерианское время, близясь к нулевому показателю. Буквально сутки, и мы окажемся дома.
Так могло бы случиться. Но осьминоги нагнали нас прежде.
Когда я почти расслабилась, уверовав в безнаказанность, на горизонте появился корабль. Не тот, на котором пираты летали прежде. Меньше размером, но более воинственный. Как металлический дикобраз, он ощетинился орудиями. Сделал предварительный залп в воздух.
Вначале я подумала, будто это корабль наблюдателей Межгалактического Союза. Сделала, как учил Ар - нажала сигнал вызова помощи. Этот маневр должен был сообщить о наших мирных намерениях. Дать понять, что мы с детьми жертвы, а вовсе не преступники.
Но маневр не удался. На корабле заработал сигнал связи, и вскоре я услышала противный булькающий голос, отдавший приказ:
- Немедленно заглушите двигатель и остановитесь! Или откроем огонь!
