–Диана? Нет, ко мне вообще никто из одноклассников не приближался, кроме одного мальчика. Он подошёл после того, как я упала. Я не понимаю, из-за чего сыр-бор? Вы что, каждый раз проводите расследование, когда кто-то споткнётся? Господин старейшина, а почему учителя арестовали? Он вообще ни при чём? Я упала уже после звонка. И при чём здесь Диана? Она, что ли, мяч на поле выкатила?
В зале повисла тишина. «Действительно, – подумал директор, – а ведь принцесса ни разу не произносила имя Дианы. Зачем граф привлёк внимание к своей дочери?»
–Господин спикер, уважаемый старейшина, – слово взяла королева. – Я хочу обратить ваше внимание на тот факт, что с момента своего приезда в Анастас принцесса Анжелика, урожденная Агнесса, всего один раз присутствовала на балу, который был дан в честь её возвращения. Все дальнейшие приглашения на балы, а их было четыре, принцесса отвергла. Мне хотелось бы спросить графиню Диану, с какой целью она пытается очернить имя принцессы, которая ещё не успела адаптироваться в королевстве?
И снова тишина. Директор в душе аплодировал: «Ай да королева, ай да женщина!»
–Графиня Диана, мы вас слушаем! – это было голос старейшины.
–Я… – Диана посмотрела на отца. Тот хотел было вступиться, но ему не дали слова. – Меня папа уговорил так сказать…
Дальше начались разборки. Впервые граф Крис – граф, которого многие не любили за то, что он пытался обвинить каждого, строил хитроумные интриги, – впервые этот граф за лжесвидетельствование и попытку опорочить имя королевской семьи был приговорён к очень большому штрафу и лишению права голоса на год. Теперь целый год граф не мог ни посещать королевский совет, ни приходить на королевские балы.
Учителю физкультуры всё-таки выписали штраф за то, что он покинул спортзал раньше учеников. Но он был счастлив: его не выгнали, не посадили.
–Смотри, а принцесса-то молодец. В первую очередь о вас подумала. Не стала ни за чей спиной прятаться, – директор и учитель физкультуры стояли в коридоре и ждали, когда им вынесут квитанцию об уплаченном штрафе. – Вот бесшабашная голова.
Из зала Лаур вывез кресло с Анжеликой. Остановился. Анжелика встала и на одной ноге допрыгала до них: – Простите меня, я не хотела доставить вам неприятности.
К ним подошёл Лаур: «Ваше величество..»
–Лаур, оставь меня, а? – Анжелика оглянулась. – А, вот и превосходительство объявился с братцем, – она вздохнула.
Директор смотрел, как развивается ситуация.
Трегир подошёл к Анжелике. Поздоровался с директором и учителем физкультуры, обратился к адъютанту:
–Господин Лаур, проведи господ ко мне в кабинет, – после чего он подхватил на руки Анжелику и перенёс на кресло. И сам повёз её.
Вышел Крис. Его дочь должна была быть переведена в другую школу. В этой школе могли учиться только дети действительных членов королевского совета. Он был исключён, пусть и на год.
Директор просил оставить Диану – у неё выпускной класс, но его просьбу отклонили.
–Стой. Трегир, остановись, – это был голос Анжелики.
Все обернулись. Она опять встала, но Трегир предупредительно взял её за руку.
–Господин старейшина, – крикнула она. – Господин старейшина, ну дайте же вы Диане доучиться. От меня же теперь вся школа шарахаться будет.
–Не положено, ваше величество. Извините.
Анжелика, Трегир и директор с физруком сидели в зале и разговаривали про школу. Анжелика рассказывала про Россию, как там проходят уроки, какие изучают предметы, про внешкольную жизнь…
Наступил вечер. Трегир привёз Анжелику в зал. Он не стал зажигать верхний свет, и лишь боковые спрятанные в стенных нишах лампы освещали комнату. Подхватил девушку на руки и понёс в ванную комнату, где посадил на стоящую там лавку. Вышел. Вернулся.
–Трегир, ты зачем вернулся?
–Хочу помочь тебе принять душ, – усмехнулся он, присел на корточки и стал закутывать ногу в гипсе в полиэтилен.
–Трегир, я сама приму душ, пожалуйста… – Анжелика испуганно посмотрела на склонённую над её ногой голову.
Он поднял голову, посмотрел на неё и вдруг тихо произнёс: «Анжелика, я тебя знаю уже несколько лет. Уже несколько лет ты остаёшься со мной один на один. Скажи мне, хоть раз я что-то сделал непозволительное с твоей точки зрения? Хоть раз я пытался перейти границы дозволенного?»
–Ты… Ты целовал меня, – выдавила она из себя.
–Хорошо, признаю. Я действительно целовал тебя. Но не я был первый, разве не так? Ты же целовалась с Романом. Значит, ты себе уже позволила это… или что-то другое?
Анжелика помолчала, а потом неуверенно, как бы решая, а стоит ли, продолжила: «С ним было по-детски. А ты… Ты целуешь по-другому. По-взрослому».
Дверь открылась и их разговор прервала Мэри: «Господин Трегир, вы вызывали?»
–Да, Мэри. Помоги принцессе принять душ. Если понадоблюсь, я буду в зале. Подожду, когда принцесса пойдёт спать.
Ноябрь. 8. У графа Серни
Камешки шуршат под ногами. Уже облетают листья. Сквозь серые тучи выглянуло солнце. Слабый ветерок гонит мелкие барашки по поверхности пруда. Утки задремали у бортика.
