Анжелику привели в тронный зал. Она ещё ни разу не была в тронном зале. В центре стоял трон, на котором восседал её брат.
–Ваше высочество, её величество по вашему приказанию доставлена.
–Хорошо, оставьте нас, – приказал принц.
–Генри, что произошло? Почему ты здесь? – Анжелика недоумённо посмотрела на брата.
–Потому что я как король Анастаса тебя арестовываю. Ты направляешься в карцер.
–Стоп! Ты король? – Анжелика помотала головой. – А где королева? Что с ней?
–Это я от тебя хочу узнать, что с ней? Что вчера ты наговорила нашей матери, что её увезли в больницу с сердечным приступом? – Генри раскалялся всё больше и больше. И весь гнев, который он пытался сдержать, сейчас выливался наружу. Анжелика ни разу не видела брата в таком бешенстве. – Врачи до утра боролись за её жизнь.
–Но я надеюсь, что она жива и скоро поправится… – Анжелика чувствовала, как страх подлой змеёй проникал в её сердце. Она даже сама не понимала, чего боялась больше: гнева брата, что мать может умереть по её вине (а Анжелике совсем не хотелось, чтобы кто-то из-за неё умирал) или за своё неясное будущее (она помнила из истории, как в борьбе за трон родственники очищали дорогу. Трон ей был не нужен, но вдруг брат решит по-другому).
–Я… Ничего такого я ей не сказала. Сказала, что она мне не мать, только и всего.
–Только и всего?! – Генри задыхался. Он чувствовал, что ещё немного и он не совладает с собой. – Стража, принцессу в карцер!
Лязгнула дверь. Карцер. Не таким представляла его Анжелика. Это была маленькая чистая камера с одной кроватью, столом и стулом. Всё очень простое. Стены без обоев, но чистые. На стене висит распятие. Санузел сделан отдельным кабинетом. На столе стоит пластиковая бутылка с водой. Анжелика села на кровать. Огляделась. Ни книжки, ни клочка бумаги. Ничего, чем можно было бы занять свой мозг. Под потолком тускло горел свет. Сколько прошло времени? Принесли хлеб: грубый, с отрубями. Есть не хотелось. Свет не гас. Анжелика попыталась уснуть, но где-то запиликала скрипка. Музыка тихая, одна мелодия сменяла другую. Сначала было приятно, потом надоело.
Музыка стихла. Анжелика закрыла глаза, но открылась дверь. В камеру вошёл брат. Он положил на стол лист бумаги и ручку.
–Пиши!
–Что я отказываюсь от престола? И ты меня отправишь после этого в Россию? – Анжелика пыталась нащупать почву.
–Пиши всё, что ты вчера сказала королеве, слово в слово.
–Генри, давай лучше я отрекусь от престола. Поверь, мне не нужен твой трон, я домой хочу, к маме.
–Анжелика, ты меня услышала? – Генри подошёл к ней почти вплотную. В камеру кто-то вошёл. Она не видела. Она смотрела только на брата, готовая отразить удар. Но Генри справился с собой. Он отошёл от сестры.
В дверь назойливо звонили.
–Ты кого-то ждешь? – Трегир в чём мать родила лежал на широкой кровати.
–Нет, но кому-то явно очень надо, – в это же время зазвонил телефон. Сюзанна взяла трубку: – Да, алло, – прикрыла трубку рукой. – Это тебя. Говорят, что тебя срочно требуют во дворец.
Трегир взял трубку из рук Сюзанны, выслушал. Сюзанна, накинув шёлковый халатик на голое тело, пошла открывать дверь. На пороге появился Манфред: «Ваше превосходительство, вас срочно требуют к королю».
По дороге Трегир пытался разузнать у Манфреда, что случилось. Радио о передаче власти ничего не вещало. Значит, журналистам ещё не сообщили. Манфред сам ничего не знал. Он получил утром приказ доставить срочно Трегира к королю.
Трегир стремительными шагами шёл по коридору. Было видно, что его ждали, ибо при его приближении двери распахивались незамедлительно. Он застал Генри в тронном зале:
–Ваше высочество, – Трегир сделал поклон.
Генри дал понять, чтобы их оставили вдвоём. Трегир ждал.
–Трегир, в общем, у матери сердечный приступ, я временно исполняю обязанности короля. Как ты понимаешь, ты моя правая рука. Но я хочу тебя сейчас попросить как врача. Мне лечащий врач сказал, что мать приняла слишком много снотворного.
–Ты думаешь… – Трегир посмотрел вопросительно на принца. Не было смысла договаривать.
–Врач сказал, что нет. Но я хочу знать наверняка. Посмотришь историю болезни? И ещё: Анжелика в карцере.
–В карцере? Чьё это указание? – Трегиру это не понравилось. Хотя ей уже было шестнадцать лет и она сама могла отвечать за некоторые свои проступки, но это должно быть очень и очень серьёзно.
–Я своей властью короля туда её отправил, иначе бы убил на месте, – Трегир вопросительно посмотрел, но перебивать не стал. Раз Генри был взбешён, значит, был повод, и очень серьёзный повод. Он слишком хорошо знал Генри. – Вчера… В общем, после разговора с Анжеликой мать попала в больницу.
–А как она попала к королеве? Мы же договорились, что встречи их надо свести к минимуму и только в нашем присутствии.
