В течение часа мы работаем вместе в тишине. Пока Чарли открывает набор для груминга и хорошенько расчесывает каждую лошадь, я раскидываю новую подстилку и доливаю воду. Это приятная работа. Работа, которую мой брат и мой отец ни за что на свете не позволили бы мне делать.
Я не задаю вопросов, я и так все вижу. Чарли гордится своим ранчо. Он сам работает здесь. Его уважают. Он добр к животным.
Это заставляет меня очень сильно хотеть спасти его ранчо.
Я вытираю вспотевший лоб, когда мое внимание привлекает какое-то движение. Охваченная любопытством, я иду к открытым дверям конюшни и выхожу наружу. Напротив находится большой огороженный загон, на котором две лошади танцуют что-то вроде танца. Всадники похожи на смерчи, за ними поднимаются клубы пыли и грязи.
Низкий голос Чарли раздается у меня за спиной.
- Давай, - говорит он, протягивая мне бутылку воды и приглашая пройти вперед.
Я улыбаюсь. Похоже, мое молчание будет вознаграждено.
Мы выходим на солнечный свет и направляемся к загону. Звук копыт гулко разносится по траве, вибрация пронзает меня насквозь. Когда мы подходим ближе, я замечаю, что это Уайетт и Фэллон.
На этот раз я задаю вопрос.
- Что они делают?
- Тренируются. - На суровом лице Чарли появляется легкая улыбка. - Фэллон - чемпион по скачкам вокруг бочек. Она берет уроки у Уайетта, когда не хочет его убить. - Он показывает пальцем. - Видишь? Она должна его слушать, но она его перебивает.
Лошади издают радостное ржание. Я смотрю на их массивные мышцы, переливающиеся на ярком летнем солнце. В клубах пыли мелькают рыжие и каштановые пятна.
- Не забывай, ковбойша, я все еще могу обогнать тебя на целую милю, - восклицает Уайетт.
- Ха, - усмехается Фэллон, когда они проносятся мимо нас. Ее смех похож на нож, острый и режущий.
- Она достаточно хороша, чтобы надрать ему задницу. - Чарли усмехается и подходит к забору. - Черт, - говорит он себе под нос. - Эта девчонка умеет летать.
Я бросаю быстрый взгляд в его сторону. Костяшки его пальцев побелели, так сильно он сжал ограждение, но на его лице светится гордость.
У меня внутри все переворачивается. Мне не нравится ни то, как он смотрит на нее, ни то, что я чувствую. Как будто я что-то потеряла, даже не успев этого обрести. Не то чтобы я хотела завоевать его. Ничто в Чарли Монтгомери с его вечной хмуростью и сердитым ворчанием, не позволяет мне думать, что у меня есть хоть какие-то шансы на успех.
- Ты с Фэллон? - Я стараюсь, чтобы вопрос прозвучал непринужденно.
Он моргает. А потом смеется. Яркий восхитительный смех, от которого у меня сердце начинает биться чаще.
- Господи, нет. Она как младшая сестра. Для некоторых из нас, - бормочет он.
Я забираюсь на ограждение, чтобы лучше видеть.
- Ты обучаешь своих гостей?
- Да. У нас есть дневные занятия, на которых Уайетт проводит инструктаж. Но не так, как сейчас. Мы не хотим никого убивать, - язвительно усмехается он.
- Значит, вы открыты только летом?
- Да. - Он придвигается ближе, становясь рядом со мной. - С июня по День труда. Осенью, когда мы закрываемся для гостей, Уайетт проводит родео-тренинги здесь, на ранчо, для любого ковбоя, достаточно тупого, чтобы брать у него уроки.
Мой взгляд возвращается к всадникам.
- Это опасно? Родео?
Он поджимает губы.
- Да. У Уайетта были сломаны ребра, запястья. Однажды копыто попало ему в рот, и он остался без передних зубов.
Я вздрагиваю от этого образа.
- Похоже, ты разбираешься в этом.
Напряженный кивок.
- Я когда-то участвовал в соревнованиях. Давным-давно.
Мой разум перегревается, когда я представляю Чарли верхом на лошади. Настоящий ковбой. Уверенный и сильный. С темными волосами, грубыми чертами лица и мощными мускулами, он выглядит так, будто был создан из пыли и песка родео. Интересно, почему он прекратил?
Мой взгляд возвращается к пастбищу.
- Должно быть жалко, - пробую я. - Отказаться от этого.
Тишина.
Фэллон проносится мимо нас, ее татуировки сверкают на солнце, длинная коса цвета карамели развевается на ветру, а ее лицо…
Я поражена.
Святое дерьмо.
То, чего я жажду.
Слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю их остановить.
- Я бы с удовольствием это сделала, - говорю я, задержав дыхание.
Чарли напрягается рядом со мной, давая понять, что я сказала что-то не то. От него исходит холод, похожий на арктический. Его лицо мгновенно темнеет.
- Нет, Руби, черт возьми, этого не будет.
Затем он отворачивается от меня и уходит обратно в конюшню.
Мои усталые глаза смаргивают горячие слезы разочарования. Его резкое и холодное отношение, его острый язык причиняют боль.
На самом деле, это больно.
С этим ковбоем мне не победить.
Ну, к черту Чарли Монтгомери. Я здесь, чтобы работать. И именно это я и буду делать. С ним или без него.
