На этот раз еще до того, как Евгений успел среагировать, Ник захлопнул дверь и провернул замки. Постояв немного, он прильнул к глазку. Опричник Архангела переминался с ноги на ногу, ведя неслышный разговор с кем-то по телефону. Пару раз кивнув, Евгений бросил на дверь последний серьезный взгляд и направился вниз по лестнице. Только тогда чародей позволил себе прислониться спиной к двери и выдохнуть.
До этого момента, Ник не думал, что стресс окажется столь сильным, но ноги не слушались и сделались ватными, а руки задрожали. Чародей утер ледяную испарину со лба. Нику самому было интересно, что его больше напугало: фигура Вяземского в качестве клиента или то, что Евгений как никто близко из людей приблизился к тайнам, прятавшимся в его прошлом. Но, так или иначе, эти вечные преступные пришествия начинали напрягать чародея.
Пронзительный дверной звонок под ухом выдавил из Ника крик непроизвольного страха. Рывком обернувшись, он посмотрел в глазок и открыл дверь с облегченной улыбкой.
На пороге стояла Марта. Тонкие брови были сведены вместе хмурыми дугами.
– Привет. Я видела сейчас Верескова, выходящего из подъезда. Пришлось даже поздороваться, – она указала большим пальцем за спину. – Он случайно не от тебя?
– Откуда такие предположения? – голос чародея все еще звучал придушенно.
Марта вперила в него сердитый взгляд.
– Потому что не думаю, чтобы он вышел из ИП "Непоседы", специализирующегося на детских праздниках или из маникюрного салона "Адели" на втором этаже.
– Ну еще здесь есть ритуальное агентство, – иронично хмыкнул Ник, указав пальцем на этаж выше.
Громова сложила руки на груди.
– Ник, Вересков – начальник охраны Архангела и…
– Да расслабься ты, я его послал, – отмахнулся чародей. – Я что, похож на идиота, чтобы с ним связываться?
Напарница сегодня похоже не намерена была шутить. Она вообще выглядела ещё более взведенной чем обычно, похожая на пружину готовую в любой момент раскрутиться. Она продолжила все также серьезно:
– Исходя из твоих денежных трудностей…
Это звучало даже оскорбительно.
– Слава Богу, все не настолько плохо, – расширил глаза Ник. – Проходи.
Только тогда чародей понял, что они продолжают топтаться в дверях. Жестом руки он пригласил Марту внутрь и затворил за нею дверь, дополнительно подергав за ручку. Обсессивно-компульсивный синдром в действии.
– Слушай, а что там вообще слышно про Вяземского? – спросил Ник.
Громова обернулась к нему на ходу, так словно бы она была здесь боссом.
– О, это сейчас отдельная головная боль полиции, – проворчала она. – Он и его закадычный друг Страбонский делят портовые причалы. В начале они основали совместный бизнес, но летом Страбонский решил перейти из разряда компаньона в отдельные игроки. Теперь они, как при разводе, делят имущество.
– А я всегда думал, что это собственность государства, – насмешливо фыркнул чародей.
Марта ответила ему кривой усмешкой.
– Теневой бизнесс страшная вещь, – вздохнула она. – Но так или иначе, почти все уже поделили. Борьба сейчас ведется за один единственный причал, зато какой! К нему, если мне правильно известно, пристают суда с самыми дорогостоящими грузами.
– И на чьей стороне победа? – поинтересовался Ник.
– Конечно же на стороне твоего нового шефа, – съехидничала Громова.
– Эй!
– Ну ладно-ладно, – махнула рукой подруга. – Вяземский побеждает. Ребята из антикоррупционного отдела боятся, что, если бизнесмены они же бандиты, не придут к согласию, может начаться настоящая война.
– В этой ситуации меня больше всего веселит, что они лишь говорят об этом, но не предпринимают действий, – прыснул чародей.
Громова укоризненно посмотрела на него.
– Ты даже представить не можешь, насколько у них связаны руки. Я даже рада, что на этот раз не нас заставили заниматься этим делом.
– Пусть минет нас чаша сия… – протянул Ник задумчиво. Судорожный взгляд подруги, неумело скрываемый за показной бравадой беспокоил его все больше и больше. – Теперь ясно. А зачем ты пришла?
Вопрос попал в точку. Марта поджала губы, при этом вся напускная будничность слетела с ее лица.
– Если честно, я хотела показать тебе кое-что, – глаза ее вновь потемнели до цвета ртути в градуснике.
– И, дай угадаю, это не танцующие сосны? – хмыкнул чародей, припомнив местную достопримечательность Куршской косы.
Может быть ситуация и не располагала к смеху, но Громову нужно было подбодрить. Ник это чувствовал. А в случае Марты обычные слова участия не подходили. Та их просто не терпела.
– Нет конечно, – Марта слабо улыбнулась, с благодарностью посмотрев на него. – У нас трупы, море кровищи…
Плечи ее чуть опустились.
– Как раз то, что в моем вкусе, – Ник пошел к вешалке.
По дороге к машине чародей старался не думать о том, что произошло, однако мысли так просто было не угомонить. Дурацкое воображение уже подсовывало ему разные жуткие картины, а мрачное молчание Марты только сильнее укрепляло в мысли – случилось что-то очень плохое.
Громова подняла руку с брелоком и машина, припаркованная вдоль газона, отозвалась приветственным писком.
– Мы что, поедем на твоей? – с неприкрытым ужасом спросил Ник.
