Занятый этими мыслями, Ник добрел до дома. Все-таки было в каждом чародее некая необъяснимая, врожденная тяга к мистике, потому что, порой глядя на свою жизнь Ник понимал, что ничем другим, объяснить некоторые вещи было нельзя. Это случилось и с его домом. Из всех приличных и совершенно нормальных домов Калининграда он жил в древнем здании, напоминавшем кирпичную свечу. По местным поверьям, считалось, что в старину, это была настоящая тевтонская башня одного из защитных форпостов, давно стертых с лица земли. И вид этого дома – резкие квадратные формы, небольшие окошки-бойницы, и своеобразная архитектура, сохранившаяся даже после множества реконструкций, кажется только подтверждали это. Дом считался аварийным и уже давно значился в списках на снос, против чего восставали чокнутые радетели архитектурных и исторических ценностей и не менее чокнутые жильцы, вроде Фельсенбурга. Но Нику действительно нравился его дом. Точнее даже так, он не представлял себя нигде, кроме как в этом мрачноватом, удаленном здании.
Наверх из холла вела лестница, взвивающаяся угловатыми подъемами в царившем внутри полумраке. Из трех жилых, Ник занимал квартиру на четвертом этаже, считавшемся техническим чердаком. Не слишком может быть удобно, за то недорого, и никто не мешает, потому что из соседей, только свищущий в стенах ветер. К тому же совсем рядом выход на крышу, который в случае чего можно использовать как запасной. А что, в его практике и не такое бывало. Так что – сплошные плюсы.
Поднимаясь вверх по лестнице, Ник уже бряцал на ходу ключами и думал над тем, что сейчас ему еще нужно будет выгулять Бруно и… написать чертов отчет! Мысль об этом шандарахнула ему по голове с такой силой, что свело зубы. Первое число! Как он мог забыть об этом! Черт-черт-черт!
Он торопливо подскочил к двери. Эта черная и железная красавица, без преувеличения, была самой дорогой частью интерьера его квартиры. А все потому, что он был диким параноиком по части безопасности. Чародей уже собирался вставить ключ в замочную скважину, как вдруг нечто закрыло собой бледный свет, струящийся из подслеповатого подъездного оконца, погрузив площадку в еще больший мрак.
– Господин Фельсенбург? – спросил невозмутимый голос.
От неожиданности ключи вырвались из рук Ника и с печальным звоном упали на запыленный коврик. Чародей стремительно обернулся, сетуя на свои прозевавшие опасность инстинкты.
У окна стояла темная фигура. Контровой свет превращал ее в однородный черный силуэт, лишь только вырисовывая формы. Но уже и поэтому можно было заключить, что перед чародеем стоял довольно крепкий мужчина. Ниже его ростом, зато более натренированный и плечистый. Сердце непроизвольно забилось где-то в районе горла.
– Чем могу быть полезен? – в свою очередь поинтересовался Ник натянуто, стараясь не сводить глаз с гостя и поднять ключи.
В таких ситуациях, ему всегда хотелось выдать себя за другого, но здесь это не имело смысла. Вряд ли человек, который подкараулил его у квартиры, не знает, как он выглядит и поведется на столь дешевый трюк. Скорее вопрос с его стороны был риторическим, чтобы привлечь внимание.
Фигура сделала шаг и начала медленно спускаться по ступенькам от закутка, ведущего на крышу, все больше и больше выходя из засвеченной части. В сплошном черном мареве проявился мужчина с густой шапкой ухоженных светлых волос в строгом черном костюме и при галстуке.
– Добрый вечер. – поздоровался он, позволив себе ничего не значащую дежурную улыбку. – До нас дошли сведения, что вы практикующий чародей. Я представляю интересы человека, который хотел бы воспользоваться вашими услугами.
Это было довольно неожиданно. Да что уж там, заявление прозвучало, как гром среди ясного неба, отчего Ник сощурившись взглянул на собеседника. Можно считать его пессимистом, но чародей, познал жизнь достаточно для того чтобы ничто не воспринимать безоговорочно как подарок судьбы. Именно поэтому он постарался умерить взметнувшееся в нем на секунду ликование и как можно более сдержанно сказать:
– Интересно. А почему вы не пришли в мой офис?
В то время как сердце отстукивало радостные ритмы ча-ча-ча, мозг чародея отчаянно соображал. Дорогой костюм, умение держать себя, знание его адреса… Пока по всем параметрам вырисовывается одно: либо это дело обещает стать для него супервыгодным, либо же наоборот ужасно отвратительным.
Светловолосый сделал шаг по плиточному полу и под его дорогими туфлями захрустело каменное крошево, отвалившееся с потолка. В прочем остановился он на достаточном расстоянии, чтобы у Ника не было причин занервничать. Профессионал чертов.
– Дело, о котором пойдет речь сугубо конфиденциально. Мне и моему патрону бы не хотелось придавать его огласке. – откликнулся незнакомец.
Голос у него был ровный и спокойный, даже баюкающий, а глаза не выражали никаких ярких эмоций. Ника пробрал озноб, и он зябко передернул плечами. Насколько он мог судить, перед ним не маг. Но оттого только больше его вдруг вывели из себя слова блондина.
