Вия подумала: ничего удивительного, что ее муж стал таким -- если он читал Сканди Странника в шестилетнем возрасте.
-- Ты не знаешь, а с другими астрологами не случилось ли того же?
Говоря так, Вия думала: боги не властны над путями звезд, но они властны над путями этого мира. Возможно -- только возможно -- они попытались изменить саму суть астрологии так, чтобы никто, в том числе и Райн, не смог понять, что они замышляют и помешать им. А что они замышляют, в самом-то деле?
-- Я еще не успел поговорить с магистром Розеном, -- Райн назвал имя их хозяина, -- но, когда он встречал нас у дверей, сей достойный господин показался мне редкостно довольным жизнью. Кажется, его распирало от желания мне что-то рассказать, но я извинился, сказав, что мне прежде всего хочется поговорить с тобой с дороги. Полагаю, мое желание показалось ему вполне естественным.
-- Расскажи мне, что с тобой случилось, -- попросила Вия.
Райн как будто напрягся -- по крайней мере, ей так показалось. По затылку это не так ясно, как, скажем, по спине.
-- Я-то знаю, что самый близкий человек тебе не я, -- добавила она. -- Но Стару ты тоже рассказать ничего не можешь -- тебе надо, чтобы он в тебя верил. И мне не хочешь --тебе надо, чтобы я не слишком волновалась за тебя. Бедняга, ты совершенно запутался.
-- Я невыносим, правда? -- Райн, кажется, вымученно улыбнулся.
-- Всего лишь невозможен, -- поправила Вия. -- Расскажи, пожалуйста. Как все было... Иначе я стану волноваться больше.
Ральф Мединский, "Рождение империи"
Завоевание Радужных Княжеств дорого стоило Сиятельному Герцогу. Нынешние ученые могут сколько угодно высмеивать существование духов и призраков, заселяющих тамошние леса, однако, как известна, вера часто бывает так же материальна, как и настоящая, плотная действительность. Покуда воины армии Хендриксона и Ди Арси твердо верили в то, что с ними сражаются не люди, или хотя бы существа, кои невозможно постигнуть рассудком, их сила духа не могла противостоять ударам судьбы.
Кроме того, армии местных баронов, хорошо знающие свои дороги и тропы (в леса, по словам очевидцем, даже они заходить не отваживались) были вполне телесны. Особенно же общий дух пал, когда Ди Арси и Гаев на исходе сентября оставили войско и устремились на север, в Священную Империю. Путешествие их, вероятно, былоорганизован заблаговременно. Ваш покорный слуга не принимал в этом участия, однако не видит иного объяснения, как они достигли Ингерманштадта в рекордный двухнедельный срок. Никому ни до, ни после не удавалось повторить такого.
Злые языки поговаривали, что глава армии и его советник бежали после поражения у Танадовы, однако если трезвый ум возьмется анализировать события того времени, он без труда сможет обнаружить, что переговоры с Великими Герцогами Священной Империи были не просто необходимы -- в той ситуации они оказались единственным условием, могущим привести к конечному выигрышу. Нет никакого сомнения, что герцог Хендриксон одобрил план. Извольте видеть, господа <...>
сентябрь 3026г., Радужные Княжества, Танадовское поле
"Погиб!"
Крик ударил в голову обухом топора, древком копья, брошенного издали, ожег сердце, как кнутом по телу. Погиб, это ясно! "А как же Вия?!" -- вот о чем он подумал.
Стар соскочил с взмыленной лошади, стремительно ворвался в палатку медиков. Рыцарь был страшен: залитый кровью врагов, перепачканный сажей, с рукою на перевязи, мокрые от пота кудри прилипли к голове.
Над Танадовским полем пахло гарью, тянуло дымом, который мешал видеть: это люди Стара подожгли лес, чтобы согнать воинов барона Мерлена к востоку и не дать им укрыться на опушке: жители Княжеств могли заходить в лес безбоязненно до определенного предела. Ди Арси не обращал на это внимание: он мог бы найти палатку лекаря в какой угодно чад.
-- Милорд! -- воскликнул потрясенный лекарь и отшатнулся, давая Стару пройти.
Жив! Все-таки жив! А гонец сказал, что... врал? Может быть, сорвал и в другом? Бывает, почудиться может всякое... пусть, пусть будет бредом, обманом зрения! Стар простит, не будет разыскивать вестового, не будет и наказывать -- только пусть окажется, что был не прав!
Астролог еще дышал -- натужно, с хрипом. Он был без доспехов -- не то уже сняли, не то он так без них и рванулся в бой... постоянно же жаловался: тяжело мол, неудобно, движения сковывают. То же мне, ловкач! Так и не научился драться по-благородному, все на кулаках... кто тебе поверит, что ты аристократ, босяк, выходец с края света! В детстве читал книги да дрался с крестьянскими детьми, что порою ели лучше тебя, -- вот вся твоя оружейная школа...
-- Милорд, вы успели, он вас звал...
Запах гнилой крови, каких-то лекарских снадобий, застарелых повязок, прочих неприятных продуктов поврежденных человеческих тел. От койки больного пахло не сильно, но чем-то смутно знакомым... снегом, что ли? Шуточки памяти, мать их...
Стара замутило, едва он шагнул ближе. Ди Арси стиснул зубы и сделал еще шаг -- если Райн в сознании... если он еще видит и слышит... если может что-то сказать...
