-- На игиле, пожалуйста, -- проговорил Эрнест Ганнер на этом языке: он говорил бегло, хоть и с довольно сильным акцентом. -- Не хотелось бы, чтобы наш разговор услышали.
-- Как пожелаете, -- Райн поклонился. -- Разрешите представить вам моего спутника: магистр Розен, мой коллега. Он понимает игиль.
-- Рад служить, -- сказал Розен. -- Если... эээ... господин не возражает, я пока пройдусь...
-- Я думаю, это нам с магистром Гаевым лучше пройтись, -- проговорил Шпеервальд, подходя к Райну вплотную. Стража окружила их полукольцом. -- Не откажете?
-- Конечно, нет, -- Райн улыбнулся. -- Буду рад.
Прогулка оказалась недалекой и привела их на берег реки, забранной камнем. Парад остался далеко позади. Стража тоже приотстала: стояли неподалеку, потея под жарким солнцем -- наверное, последний такой теплый день осенью. Здесь яркое солнце бросало блики только с начищенных тазов двух прачек, что стирали белье чуть выше по течению и переговаривались низкими, далеко слышимыми над водой голосами.
-- Итак, -- сказал Эрнест. -- Я все ждал, пока вы, маэстро, или ваш патрон свяжетесь со мной... но ничего подобного не происходило, хотя, кажется, вы не обделили вниманием ни одного из моих коллег.
-- За исключением Унтрехта, -- мягко поправил Райн.
-- О да. Старина Унтрехт. Впрочем, со мной связался человек Таффеля... -- Шпеервальд задумчиво смотрел на воду. Райн подумал, что задумчивость этого человека сродни маске. На самом деле он, конечно, эмоционален -- и изо всех сил старается это скрыть.
-- Вот что, магистр Гаев. Не буду ходить вокруг да около. Я -- за войну, -- он сделал паузу.
-- Этого следовало ожидать, мой господин.
-- Я настолько за войну, что готов был бы напасть на Саммерсон хоть завтра... если бы был уверен, что боги не вмешаются.
"Сейчас он потребует доказательств, как Бартонби", -- решил Райн. Почему-то он вдруг почувствовал усталость. Один и тот же разговор, пусть и в разных вариациях, им со Старом приходилось здесь повторять по несколько раз. Этот город ловит их в свой лабиринт.
-- И я это сделаю, -- жестко продолжил Шпеервальд.
Райн вскинул на него взгляд.
-- Да, господин магистр, -- улыбнулся граф уголком рта. -- Я чувствую, как колесо истории готово повернуться под нашими руками. Наконец-то настал день, когда мы действительно можем забрать земли, чужие лишь в силу исторической случайности.
-- Исторической случайности? -- переспросил Райн.
-- То, что Малые Королевства попали под покровительство Фрейи, а не Одина и его сына Тора -- лишь случайность, не более того. До этого древнее королевство Роган объединяло их все... вы, должно быть, не знали про это?
-- Читал давным-давно... конечно, я не обладаю вашими познаниями, -- Райн на всякий случай еще раз поклонился.
-- Книги... многому могут научить, -- пробормотал Шпеервальд.
"Сумасшедший историк, -- подумал астролог. -- Так вот кто он такой!"
Чем дальше, тем больше он убеждался: в большинстве случаев люди сами заведут себя туда, куда ты хочешь. Нужно лишь наблюдать за ними.
-- Как только герцог Хендриксон вторгнется в Эмираты или в Малые Королевства с полудня... -- проговорил Шпеервальд, -- я выступлю тоже. Можете положиться на мое слово.
"Вот как, -- подумал Райн. -- И все-таки на слово, данное с глазу на глаз, да еще так просто, я не могу положиться. Договор с эрцгерцогиней, несговорчивость Бартонби -- они как-то вернее".
-- Взамен я хочу кое-что...
-- Да, мой господин?
-- Чем Унтер-Вотан обязан вам?
-- То есть?
-- Не уходите от ответа. Я заметил, что Унтер-Вотан переменил политику после разговора с вами с глазу на глаз... мои люди донесли.
-- Магистр Розен -- ваш? -- спросил Райн.
-- Скажем так: иногда я оплачиваю его услуги, -- кивнул Шпеервальд. -- Но я в том числе и переписываюсь с некоторыми другими членами Гильдии Магистров. Звезды очень помогают ориентироваться в непрочном сегодняшнем мире.
"Интересно, -- подумал Райн, -- входит ли Галлиани в число его корреспондентов? И что именно посоветовал Шпеервальду старый астролог?"
-- Возвращаясь к Унтер-Вотану: вероятно, донесли не только мне -- многие гадают теперь, что вы ему предложили. Большинство сходится в распространении культа Одина на новых землях... ни для кого не секрет, что у Богов особое отношение к Хендриксону. Но мне кажется, дело в ином. В чем же?
-- Зачем вам это знать? -- спросил Райн.
-- Мне нужно понять, как широки границы вашего влияния на Унтер-Вотана.
-- Чтобы я попросил его посодействовать... изменению вашего титула? -- спросил Райн. -- Боюсь, не настолько широки.
-- Что ж... -- начал Шпеервальд.
-- Но ваш титул может изменить Хендриксон, -- проговорил Райн. -- Что насчет... королевского?
-- Королевского? -- переспросил Шпеервальд. -- Разве сам Хендриксон...
-- Светлейший Герцог мыслит иными категориями, -- перебил Райн. -- Он с удовольствием примет под свое крыло несколько... скажем, великих князей. Этот титул выше герцогского, равен королевскому. И при этом вам ничто не помешает оставаться графом в Священной Империи.
