Корабль встряхивало еще несколько раз, два раза он кренился. Кое-как Эрих дополз до кровати и, закрыв глаза, словно мальчик в темноте, стал ждать. Все закончилось минут через десять, а казалось, будто прошел как минимум час. Капитан попросил остаться до тех пор, пока корабль не приземлится на Юпитер.
…Между тем планшет, который Феликс прижимал к груди, загудел. Звонила тетя Тома.
– Феля, ты как?
– Все нормально, я цел. А ты?
– Хорошо, но вот Анжела… – Бабушка всхлипнула. – Мы вернулись в каюту, как тут на ногу ей упал шкаф, она кричит… Нога вся раздроблена, шкаф – в щепки! Пытаюсь набрать врача, а он в каюте, не может выйти! Что же это такое?! Я не могу отнести ее до отсека, мне нужна помощь.
Феликс поджал губы и наконец вымолвил:
– Ладно, сейчас приду.
Он повесил трубку и с трудом оторвал голову от подушки. Имбирный чай помог, тошнота отпустила, хотя голова все равно кружилась – особенно после встряски и шума от разбросанной мебели. Феликс знал, почему тетя Тома не попросила Эриха, и в некоторой степени злился на нее, но бросить Анжелу он не мог. С другой стороны, все равно Дженни сейчас нет, главный риск – если его заметит кто-нибудь из персонала в коридоре или его придавит мебель к стенке. В общем, Феликс снял халат, натянул футболку с джинсами и направился в коридор. Корабль не трясся, никого не было. Феликс ступал осторожно, прижимаясь к стенке, хотя и мог держать равновесие. У лестницы он едва не попался на глаза стюарда. Тот прошел мимо, и Влах смог дойти до каюты тети Томы. Бабушка, вся зареванная, с трудом смогла открыть двери из-за барахла на полу. Анжела лежала в халате на диване, и кровь стекала на простыню с обнаженной ноги. Из уст внучки вырывался сдавленный стон. При виде Феликса Анжела, белая как полотно, оскалилась, пытаясь изобразить улыбку. Влах кивнул и поднял ее на руки; она оказалась еще легче, чем он думал.
– Только осторожней там, – пробормотала тетя Тома и перекрестилась.
Феликс кивнул и вынес Анжелу в коридор. Она обхватила его шею и прошептала:
– Спасибо.
Он еще раз кивнул и направился к лестнице, что вела на первый этаж. Пока они спускались, Анжела шептала:
– Я вас вчера ничем не обидела? Вы так внезапно ушли… Эрих сказал, что вам стало плохо, но вы ничего не сказали, и я решила, что…
– Нет, нет, нет, ничего личного.
– Вы же еще расспрашивали про мою подругу.
– Просто имя показалось знакомым, обознался. Мою сестру звали Дженнифер, она умерла два года назад от рака.
– Я соболезную. Простите, что заговорила об этом. Закроем тему.
Феликс молчал. Вроде получилось правдоподобно. По крайней мере, Анжела также замолчала, и оставшуюся дорогу они добирались в тишине. Врач находился в медотсеке. При виде Феликса, который держал на руках окровавленную Анжелу, он поднял брови, уложил пострадавшую на стол и сказал:
– Безумцы! Где же вы так?.. Ладно, потом. Уважаемый, возвраща…
Корабль тряхнуло с такой силой, что Анжела вцепилась за стол и вскрикнула, Феликс упал, а врач оперся о стенку. Он попросил Влаха лечь на койку и обработал ногу Анжеле. Она же смотрела на Феликса, тот улыбнулся в ответ: мол, все будет хорошо. Внезапно он осознал одну вещь: даже если бы корабль не трясло, он бы не ушел. Не хочется оставлять девушку одну, особенно с ободранной ногой.
***
Радары ничего не засекли, и Хорст смог спокойно подлететь к орбите Юпитера. Температура поднялась на двенадцать градусов, однако судно не так сильно трясло, как при Земле. Пока корабль якорем летел вниз, Хорст направил сообщение в таможню и почти сразу получил ответ: «Посадку разрешаю. Залетайте в любой отсек, кроме тринадцатого». Инженер пошел на посадку к двенадцатому отсеку. Постепенно стали появляться очертания трассы, других кораблей, людей, здания аэродрома и отдела таможни.
Посадка выдалась мягкой. В каюте управления появились Дженни, Гетман и даже Бернс выглянул.
– Мы же ведь не обязаны проходить таможню? – спросила Дженни. – Раз уж я высажусь…
– Нет, это обязательно, – сказал Хорст, затылком чувствуя испепеляющий взгляд начальника. – Раз уж мы высаживаем тебя, будут осматривать – а то мало ли. Вдруг мы террористы?
– Весь корабль осмотрят? – спросил Бернс.
– Ну да. Не переживайте, это быстро. Нашу малютку максимум за минут пятнадцать – двадцать проверят.
Бернс кивнул и ушел, Гетман последовал за ним. Дженни и Хорст остались вдвоем; она села возле инженера и посмотрела в иллюминатор.
– Я видела, как он на тебя смотрел… Извини.
– Ничего, перестань. В любом случае, что сделано, то сделано. К тому же, неплохо время провели. – Он усмехнулся, Дженни улыбнулась. – Кстати, ты звонила своей подружке?
– Да, но она трубку не берет.
Таможенники окружили корабль и выгнали всех членов экипажа на улицу. Благо было тепло: купол сохранял на дальних планетах такую же температуру, что и на Земле.
– Эй, это же тот лайнер, на котором летит Анжела!
