А обсудить было что – Суворов относился к так называемой "партии Павла", сделавшей ставку на наследника. Партия эта была неофициальной, да и действующего императора смещать никто не собирался. Просто было принято решение… Точнее даже – завуалированно, намёками обговорено – что Петру надо допускать сына к власти уже сейчас.
Цесаревич показывал неплохие задатки – по мнению некоторых, он справился бы с управлением лучше, чем сам отец. Ну и никто не хотел повторения истории с Петром Фёдоровичем, который получил бразды правления только после смерти тётушки Елизаветы Петровны и из-за банального непонимания ситуации наворотил немало лишнего. Собственно говоря, положение тогда спас Миних, взявшийся за штурвал, да сам Рюген, да другие придворные, не желавшие жить в эпоху переворотов…
Справились совместными усилиями – и даже хорошо справились, но… Недостаток своевременной передачи власти и образования Петра аукнулся неумением вести внешнюю политику. Вот и хотели "государственники" начать готовить преемника заранее. К сожалению, вопрос не самый простой – император понимал, что как правитель он слабоват и потому время от времени на него находили приступы недоверчивости. Хрен бы с ними – характер у него был достаточно отходчивый, но когда за дело берутся Воронцовы… Результат может оказаться не самым приятным.
Пусть они и сидели в сторонке, но разговаривали Эзоповым языком* – мало ли…
— Согласен, Павел очень умный мальчик, да после военной компании он точно излечится от избыточного романтизма и благодушия. Вот только не рано ли ему поручать серьёзные проекты? Или… своё плечо подставит наставник?
Суворов был представителем (неофициальным!) русских военных и его/их интересовало – не собирается ли Померанский замыкать власть на себе?
— Поначалу возможно и придётся, — откровенно ответил тот, — но надеюсь, не в одиночку и ненадолго. Совсем уж в сторону отходить не собираюсь, но у меня есть и свои проекты, а мальчику пора взрослеть и обзаводиться не учителями, а друзьями, свитой, командой…
Главное было сказано – на первые роли Рюген не претендует, хотя совсем уж в сторону затереть себя не позволит. Проекты же – требование помочь ему с Померанией.
Дальше уже разговор политиков трансформировался в разговор двух приятелей. Да, приятелей, несмотря на существенную разницу в положении. Это попаданец помнил, что Суворов Александр Васильевич – полководец из "самых-самых", а для генерал-аншефа герцога Померанского, он всего лишь перспективный генерал-майор, которому Померанский лично выбивал сперва чин бригадира, а затем и генерала…
Но не стоит забывать, что и сам Суворов весьма знатного происхождения, а отец его пусть даже в опале и в отставке, но тоже является генерал-аншефом и находится в родстве со знатнейшими фамилиями России. Он для них свой, а вот Грифич пусть и куда более знатный, но – без могучей родни… Да и родни вообще, у него почти не было.
Затем разговор пошёл о текущей ситуации и тут Суворов предложил сделать возвращение более эффектным…
— По Яссам ударить!
— Ты не заболел? — Рюген заботливо посмотрел на собеседника, — знаешь хоть, что там турецкие склады и соответственно – просто охренительное количество солдат.
— Нет, ваша светлость, — улыбнулся Александр и предложил план.
План был совершенно сумасшедший и рассчитанный именно на огромное количество агентов Рюгена. Принц замолчал и уставился в никуда, постукивая пальцами по эфесу сабли.
— Может и выйдет, — пробормотал он наконец и позвал офицеров на совещание.
Основа плана была предельна проста – часть войск с топотом и улюлюканьем должна внезапно появиться около Ясс и отвлечь на себя основную массу войск. Но часть будет таится в засаде и нападёт на гарнизон по сигналу.
Проблема заключалась в том, что наличных сил для операции банально не хватало и отвлекающим частям требовалось изображать куда большее количество людей, чем есть на самом деле. И при этом не попасть в ситуацию, когда придётся принимать бой… Ну и основной части подчинённых Вольгасту сил приходилось ничуть не лучше – гарнизон в Яссах пусть и низкого качества, но вот количество… А с учётом того, что в городе есть какие-никакие, но укрепления, то даже вспомогательные турецкие войска могут дождаться подмоги.
— Потому я и говорю – это возможно только с твоей агентурной сетью, — перебил мысли Суворов.
— Это я уже понял, — меланхолично отозвался попаданец, — вот обдумываю – реально ли это вообще.
От плана пришлось отказаться – слишком рискованный и много моментов, где надо пройти по грани… Пусть даже идея и предложена Суворовым, но попаданец прекрасно помнил (редкий случай!), что звание генерала тот заслужил несколько позже, а славу непобедимого полководца – позже значительно. Пока же он – пусть чрезвычайно талантливый, но и чрезвычайно авантюрный генерал, которого не раз одёргивал как Миних, так и Румянцев – тоже далеко не бездарные полководцы…
Для успокоения совести Владимир предложил "волкам" и пластунам-запорожцам "пошалить" в Яссах – на добровольных началах.
— Что надо делать-то, ваша светлость?
