Затем – дворянское ополчение, "служивые татары", "казаки из инородцев", племенные ополчения кочевых и полукочевых племён… Словом, русская армия не состояла из одних только профессионалов, живущих исключительно службой и командующим нужны было учитывать массу нюансов – вплоть до того, что некоторые полки полупрофессионального/профессионального ополчения не рекомендовалось ставить рядом друг с другом – вражда была такой, что сцепиться могли даже на виду у неприятеля.
Однако русским полководцам, в отличие от турецких, удавалось держать всю эту вольницу в узде. Впрочем, здесь сильно выручал тот факт, что подавляющая часть русской армии состояла из профессионалов – у турок же с этим обстояло строго наоборот.
Под командование Померанского была отдана кавалерия, но к его великому сожалению – не вся. Из одиннадцати тысяч всадников Миних выделил только шесть – остальные требовались для контратак, разведки и прочих дел. С шестью же тысячами нападать на шестьдесят, пусть и не самых лучших… Идея пусть и не безнадёжная, но…
— Ну и на хрена? — спорил Владимир с фельдмаршалом, — я ещё понимаю, ты бы мне драгун выделил да кирасир, да "Варягов", а иррегулярная-то конница мне зачем?
— Всё равно не проломишь, — отмахнулся от оппонента Старик, — часть армии, на которую тебе предстоит напасть, слишком уж рыхлая.
— И?
— Да не получится разогнать их, понимаешь? Они так растянулись… Ты пока один "слой" с этой "капусты" сдерёшь, следующий уже к бою подготовится. И его тоже проломить несложно, но тогда завязнешь.
Вольгаст откинулся на спинку складного полотняного кресла посреди шатра и задумался. Затем хмыкнул и сказал:
— Твою логику понял, но не согласен. Смотри: если действовать привычной методой – то есть пробиваться в центр, да пытаться уничтожить командующего – да, бессмысленно. А вот тактика лёгкой кавалерии сработает, особенно если переиначить её для драгун.
Фельдмаршал кивнул и прикрыл устало выцветшие от старости глаза. У Рюгена стало тяжело на сердце – Миниху осталось не больше года-двух в идеальных условиях. И пусть пока он браво махал клинком и всё ещё мог провести ночь с какой-нибудь легкомысленной особой, но больше всего он напоминал попаданцу какой-то механизм – из тех, что работают исправно благодаря мастерству изготовителя, но сам материал, увы, не вечен…
— А я по-другому хочу работать.
Старик медленно открыл глаза и заинтересованно посмотрел на Грифича.
— Волчья тактика. Налетаем серьёзно и режем края войска, но внутрь не лезем, чтобы не завязнуть. Побольше паники, огня… Так же обоз, так что найдётся чему гореть. Отходим – вроде как нас отбили, затем вырезаем погоню – и снова.
— Может и сработать, — с долей сомнения протянул немец, — только кавалерия нужна нормальная.
— Ну а я о чём? Ладно, кирасиров оставь себе – кони у них всё-таки тяжеловаты, но вот казаков и татар мне не нужно, как и вообще лёгкой кавалерии. Пару сотен разве что – для разведки.
— Панцирных казаков дам.
— Не нужно, — Владимир для убедительности помотал головой, — мне не индивидуальные схватки предстоят, где они мастера, а единым кулаком бить буду. Так что – "Варяги" и драгуны.
— Хм… Миних вытащил бутыль вина и налил себе в кубок – сидели без слуг. Взглядом предложил Владимиру и тот не стал церемонится – налил и себе, привычно разбавив водой едва ли не до прозрачности.
— Может сработать, может… Тут много от разведки будет зависеть… Гм, а она у тебя как раз неплохая… Ладно!
Ладонь фельдмаршала с силой впечаталась в подлокотник.
— Одобряю! Но смотри, особо не увлекайся и не пытайся побить их самостоятельно. То есть при удаче бей конечно, но твоя цель – просто разорить обозы насколько можно, да пощипать их, замедлить ход. Мне нужно, чтобы они пришли усталые, да раненых было много.
— Сделаю, — уверенно ответил Померанский.
Несмотря на предстоящий бой и подавляющее численное превосходство турок, страха в русском войске не было. Двадцать семь (а без Владимира с частью кавалерии – двадцать одна) тысяча против сорока (как минимум) отборных головорезов не считая засевших в крепости поляков? Да плевать! Сами волчары ещё те.
Вот кстати – один из недостатков войны на своей территории – приходится беречь население. "Гуляли" бы сейчас по Пруссии или Австрии, так можно было собрать в кулак по крайней мере шестьдесят тысяч воинов. А так… Часть войск под командованием Румянцева стояла на южных рубежах, защищая земли от разорения, да часть в Киеве под руководством Голицына – что-то вроде "Резерва главнокомандующего", да на Кавказе, да по гарнизонам…
Прохор обрадовался предстоящему походу как ребёнок – полковник немного засиделся. Точнее даже не засиделся… Просто после Семилетней войны, где "Варягами" затыкали все дыры, боевые действия в данной компании для уланов-карабинеров были более-менее спокойные. А ведь как Рысьев прыгал перед императором, уговаривая того отправить на войну полк целиком!
