— Что с ним? — сухо обратилась я к Доку, который принял вид охотящегося хищника и теперь, склонившись к своей жертве, впитывал каждое движение, каждую эмоцию на ее побелевшем лице.
— С научной точки зрения, весьма интересный результат! Сначала был сильнейший выброс адреналина, а потом его накрыло облако эндорфинов. Полагаю, в данный момент он испытывает чувство сродни абсолютному счастью. Но поскольку у него нет собственного резерва, сей эффект кратковременен и скоро спадет. — Ученый, заметив, что его слушают все, старался говорить простыми и доступными фразами. — Твоя Сила просто прошла сквозь него и впиталась в землю, очень хорошо удобрив ее. Не удивлюсь, если это место через десятки лет станет вторым оазисом после Улья. По крайней мере, плодовые смогут укрепиться в почве.
— Сейчас сюда набегут отверженные. И совсем не для того, чтобы посадить деревья, — мрачно подытожил Командир, стоя на утесе и всматриваясь вдаль. — Пора уходить.
— Я… — просипел парень, вытирая нос рукавом. — С вами. Можно?
И чего спрашивает? Все равно же пойдет следом. Теперь не отвяжется…
— Только до барьера. Переступишь его — убью. Понял? — Командир был до крайности откровенен.
Спорить с ним Волчонок не стал. Он спас нас, мы вернули долг. Больше никто никому ничем не обязан.
Глава 4. Пристань
За утренними событиями детали сна напрочь вылетели из моей головы. Но теперь в дороге, пока еще спокойной, можно было обдумать слова Королевы. Из всего сказанного больше всего меня задела брошенная вскользь фраза об ошибке. Непоправимых было много, и хотелось бы понять, какую из них Ее Величество посчитала роковой. Неужели ту, которая еще не случилась, но непременно будет, как только мы приблизимся к порталам?
Я несколько раз пыталась восстановить события до участия в Проекте «Альфа-6», но каждый раз словно натыкалась на глухую стену. Провалы в памяти делали Вторую слабой.
«А слабый солдат не сможет защитить свою Королеву».
«Ей надо сперва защитить себя!» — Будь у Ники контроль над телом, она бы разгневанно топнула ногой.
«Уймись! Твоя жизнь ничего не стоит. И я буду безмерно признательна тому, кто избавит нас от тебя».
От их спора начала раскалываться голова, и я попросила таблетку обезболивающего у Дока. В его чемодане с рабочими инструментами в том числе хранились и медикаменты.
— Я могу поинтересоваться причиной?
Ситуация была несколько неординарной. Первая десятка всегда отличалась безукоризненным здоровьем, более того, мы могли самостоятельно справляться с такими внутренними проблемами, как кровотечение или мигрень. И мелкие кожные раны затянуть было проще простого. Высокая регенерация, несвойственная другим организмам, доставляла мне много хлопот в мире Кира. Приходилось не раз идти на хитрости, чтобы сохранить в тайне свои уникальные возможности.
— В мои сны приходит Королева. — Желая скрыть свой внутренний раздор, я призналась в другом. — И я не понимаю, почему она выбрала столь нетривиальный способ связи, отказав мне в живой аудиенции.
Ученый, внимательно выслушав, принял задумчивый вид и даже отстал на несколько шагов. Знакомая с его причудами, я терпеливо ждала, когда он созреет, чтобы дать мне хоть какой-либо ответ.
— Это невозможно, Ники. Ее Величество без сомнения очень могущественна, но есть процессы, неподвластные ей. Должно быть, это ваши воспоминания, местами видоизмененные под влиянием дневных событий. Королева несколько раз навещала вас, пока вы были…
Он резко осекся и странно посмотрел на меня.
— Я обещал, что память к вам постепенно вернется.
— Можно ли это как-то ускорить? — спросила я, сделав вид, что не заметила его заминки.
— Не могу знать точно. Полагаю, помочь вам сможет лишь действительно сильный эмпат.
Командир, не проронивший ни слово за всю дорогу, вдруг решил присоединиться к нашему разговору.
— А где у нас водятся хорошие эмпаты? Пра-авильно. В Лабиринте. — Слова, сказанные хоть и с легкой интонацией, тем не менее, несли в себе скрытую угрозу. — И его двери открыты для всех желающих.
— Я смотрю, Вторая, ты с упорством бизона метишь туда, — поддакнул Четвертый. — Осторожнее, попасть в Лабиринт легко, а вот найти выход — надо очень постараться.
— Не бизона, а носорога.
Ведущий разведчик, пробивающий путь сквозь заросли, обернулся и, смерив меня злым взглядом, ядовито отметил:
— Я в отличие от тебя не так хорошо разбираюсь в видовых классификациях тварей.
— А следовало бы! Тогда мог бы отличить животное от настоящей…
Но он тут же перебил, проигнорировав мою фразу:
— И какой же тварью ты назвала недорослика. Кажется… Волчонок? Я не ослышался?
— Жалуйся не на слух, а на ум, — огрызнулась я. — Это детеныш красивого, лесного зверя. Дикий, свободолюбивый, в меру опасный. С внушительным комплектом зубов.
Беглый взгляд на парня и понимание, что теперь он пропал окончательно. Полностью очарованный моим описанием, Волчонок смотрел на меня большими круглыми глазами, в которых, к моему ужасу, поселилась щенячья привязанность.
Вот уж чего не хватало для моего «идеального» досье, так это обрести раба!
