На углу Коцарской и Тюремной улиц в 1890-е годы от складов железной дороги к Первому городскому угольному складу на Пискуновской леваде проезжали ломовые «ваньки» с колымагами, нагружёнными крупными кусками антрацита, тут-то их и встречали «застрельщики», забалтывая, а в это время «угольщики» сбрасывали крупные куски угля на дорогу, подбирали и разносили в ближайшие дворы. Собрав партию угля, сбывали его в мелкие лавки и заведения по низким ценам.
Чеботарская улица также получила своё наименование в 1804 году, шла от сада надворной советницы Дуниной мимо двора отставного секретаря Мотрёнкова к мыльному заводу купца Захара Маковкина. Чеботарская была длиннее Коцарской, но сказать, что там проживали изготовители обуви — чеботари, тоже однозначно нельзя. Жил там цеховой Данило Чеботко, который занимался пошивом обуви, об остальных ничего не известно. Там же на Чеботарской были дворы мещанина Ильи Володина, прапорщика Ивана Володина, сержанта Антона Прокофьева, присяжного Петра Батурина, секретаря Ивана Тараникова, цехового ткацкого цеха Ивана Цебрикова, отставного сержанта Ивана Ларионова, купца Акима Пушкаренко, титулярного советника Мартина Сахацкого, регистратора Данилы Чернушенко, регистраторши Авдотьи Бобачёвой, священника Ивана Курасовского, дьячка Дмитрия Маевского, священника Александра Лукьянова.
В 1830—1860-е годы часть улицы Чеботарской, от начала и до Дмитриевской улицы, называлась Скрынниковской улицей, от грайворонского купца 2-й гильдии Алексея Дмитриевича Скрынникова, который вёл торговлю русскими сукнами.
В 1874 году дворовое место на Чеботарской № 36 арендовала вдова генерал-майора Тихоцкая, где она открыла летний театр и буфет[106]. В последующие годы этот сад назывался «Аквариум», он имел довольно внушительные размеры. В самом доме на 1-м этаже был танцевальный зал, кабинеты, на 2-м — два общих зала. Сад был разбит на несколько кварталов, его украшали фонтаны, уютные кабинеты, беседки, грот, довольно приличные растительные композиции из хвойных и кустарников. На главной аллее размещалась беседка для музыкантов, павильоны для пива и фруктовых вод. Напротив отдельных кабинетов была устроена открытая сцена, где чаще всего выступали шансонетки и труппы варьете. Бывало, правда, владельцы пытались улучшить репертуар, но публика предпочитала старый. Частая смена владельцев, постоянные скандалы — всё это было реалией жизни в «Аквариуме». В 1902 году владелец «Аквариума» мещанин Григорий Леонтьевич Лейтер устроил в саду электрическое освещение, что увеличило посещение, но не уменьшило число скандалов.
В 1906 году «Аквариум» купило Харьковское собрание приказчиков, летний сад по-прежнему использовался для организации увеселений, но уже по специальным пригласительным билетам. Сам усадебный дом был перестроен, и в феврале 1909 года здесь открылся театральный зал, где устраивались любительские спектакли, а также концертные вечера.
Небольшой переулок Пискуновский шёл от Чеботарской к реке Лопань, а если точнее, к Пискуновской леваде, начинавшейся на пересечении Чеботарской и Дмитриевской улиц. Земли эти принадлежали с конца XVIII столетия. аптекарю Петру Фёдоровичу Пискуновскому. А потом перешли в ведение Министерства государственных имуществ, в 1880-е годы Городская дума приобрела Пискуновскую леваду за 6000 руб. для устройства водостоков водопровода. В 1889 году решили поднять уровень левады и разрешили местным жителям свозить сюда песок, но тут же местные ассенизаторы стали привозить сюда и нечистоты.
От середины улицы Чеботарской, как продолжение Дмитриевской улицы, начиналась (в 1804 г.) улица Афанасьевская, которая шла в пригородную слободу Афанасьевку (Апанасовку, Панасовку), известна она ещё по списку улиц 1724 года. Все авторы в один голос утверждают, что она получила своё название от проживающего там Ивана Панасенко. Однако мы видим в этой пригородной слободе «дворец пана судьи», имеется в виду двор Семёна Афанасьевича Афанасьева (Квитки), который в 1697—1726 гг. был наказным полковником и полковым судьёй Харьковского слободского полка[107]. В 1798 году в пригородной слободе Опанасовке было 36 дворов войсковых обывателей, 11 дворов подданных черкас разных помещиков и 3 двора экономических крестьян.
Уже в начале XIX столетия Панасовская вела не только в пригородную слободу Панасовку, но и в пригородную слободу Ивановку. Начиная от Клочковского переулка, она была чрезвычайно грязной, так что жидкая грязь доходила до ступиц экипажей. Обыватели, живущие по разным сторонам улицы, перекрикивались, не рискуя даже по важному разговору переходить друг к другу. А молодые люди подрабатывали переносом с одной стороны на другую торговок с Благовещенского базара и их покупок за 2 копейки.