| Back home in Wisconsin the chaplain had been very fond of gardening, and his heart welled with a glorious impression of fertility and fruition each time he contemplated the low, prickly boughs of the stunted trees and the waist-high weeds and thickets by which he was almost walled in. | У себя дома, в штате Висконсин, капеллан с любовью занимался садоводством, и теперь, когда он созерцал сучковатые, низкорослые деревья, пышный бурьян и заросли кустарника, стеной обступавшие поляну, на душе у него теплело при мысли о великолепном плодородии и щедрости матери-земли. |
| In the spring he had longed to plant begonias and zinnias in a narrow bed around his tent but had been deterred by his fear of Corporal Whitcomb's rancor. | Он мечтал с наступлением весны посадить вокруг палатки бегонии и цинии, но боялся навлечь на себя гнев капрала Уиткома. |
| The chaplain relished the privacy and isolation of his verdant surroundings and the reverie and meditation that living there fostered. | Капеллану нравилось жить в уединении, отгородившись от мира зеленой лесной чащей, где он мог без помех предаваться мечтам и размышлениям о божественном провидении. |
| Fewer people came to him with their troubles than formerly, and he allowed himself a measure of gratitude for that too. | Теперь к нему мало кто приходил делиться своими горестями, но он был доволен этим. |
| The chaplain did not mix freely and was not comfortable in conversation. | Общение с людьми давалось капеллану трудно, в разговорах он чувствовал себя скованно. |
| He missed his wife and his three small children, and she missed him. | Он скучал по своим троим детишкам и жене, и она скучала по нему. |
| What displeased Corporal Whitcomb most about the chaplain, apart from the fact that the chaplain believed in God, was his lack of initiative and aggressiveness. | Особенно бесило капрала Уиткома, что капеллан, мало того что верит в бога, к тому же еще полностью лишен инициативы и напористости. |
| Corporal Whitcomb regarded the low attendance at religious services as a sad reflection of his own status. | Капрал Уитком был убежден, что скверное посещение богослужений - прямой результат его, Уиткома, подчиненного положения. |
| His mind germinated feverishly with challenging new ideas for sparking the great spiritual revival of which he dreamed himself the architect-box lunches, church socials, form letters to the families of men killed and injured in combat, censorship, Bingo. | В уме его лихорадочно рождались блестящие новаторские планы оживления религиозной жизни в полку. Себе он отводил место главного реформатора. Будь его воля, он учредил бы званые завтраки, церковно-общественные мероприятия, отправлял бы родственникам убитых и раненых заранее заготовленные письма с соболезнованием, цензурировал бы почту и устраивал бы игры в лото. |
| But the chaplain blocked him. | Но капеллан стоял на его пути. |
| Corporal Whitcomb bridled with vexation beneath the chaplain's restraint, for he spied room for improvement everywhere. | Капрала Уиткома выводила из себя пассивность капеллана, ибо сам он на каждом шагу видел возможности для всяческих нововведений. |
| It was people like the chaplain, he concluded, who were responsible for giving religion such a bad name and making pariahs out of them both. | Он пришел к выводу, что именно из-за таких, как капеллан, люди поносят религию: недаром их с капелланом обходят как зачумленных. |
| Unlike the chaplain, Corporal Whitcomb detested the seclusion of the clearing in the woods. | В отличие от капеллана капрал Уитком терпеть не мог уединенную жизнь на лесной поляне. |
