| He swept through the spacious, echoing lobby of the building in a temper of scalding and vindictive resentment. | Капеллан быстро шел через обширный гулкий вестибюль, кипя от возмущения и жажды мести. |
| He was not going to stand for it any more, he told himself, he was simply not going to stand for it. | Он твердил себе, что больше не намерен терпеть, не намерен - и все-тут. |
| When he reached the entrance, he spied, with a feeling of good fortune, Colonel Korn trotting up the wide steps alone. | У входа он заметил подполковника Корна, рысцой взбегавшего по широким ступеням, и подумал, что это весьма кстати. |
| Bracing himself with a deep breath, the chaplain moved courageously forward to intercept him. | Он взял себя в руки, набрал полную грудь воздуха и отважно двинулся наперерез подполковнику. |
| 'Colonel, I'm not going to stand for it any more,' he declared with vehement determination, and watched in dismay as Colonel Korn went trotting by up the steps without even noticing him. | - Подполковник, я этого терпеть больше не намерен! - заявил он с отчаянной решимостью и испуганно отметил, что подполковник продолжал рысцой взбегать по ступеням, не обращая на него внимания. |
| ' Colonel Korn!' | - Подполковник Корн! |
| The tubby, loose figure of his superior officer stopped, turned and came trotting back down slowly. | Пузатая, мешковатая фигура остановилась, повернулась и медленно спустилась на несколько ступеней. |
| 'What is it, Chaplain?' | - Что случилось, капеллан? |
| 'Colonel Korn, I want to talk to you about the crash this morning. | - Подполковник Корн, мне бы хотелось поговорить с вами насчет сегодняшней катастрофы, - сказал он. |
| It was a terrible thing to happen, terrible!' | - Это было ужасно, поистине ужасно! |
| Colonel Korn was silent a moment, regarding the chaplain with a glint of cynical amusement. | Подполковник Корн помолчал секунду, глаза его поблескивали веселым цинизмом. |
| 'Yes, Chaplain, it certainly was terrible,' he said finally. | - Да, капеллан, конечно, это ужасно, - сказал он наконец. |
| 'I don't know how we're going to write this one up without making ourselves look bad.' | - И я не представляю себе, как вы сможете все это описать, не выставив нас при этом в дурном свете. |
| 'That isn't what I meant,' the chaplain scolded firmly without any fear at all. | - Я имею в виду совсем не это, - осадил его капеллан. Он совсем не чувствовал страха. |
| 'Some of those twelve men had already finished their seventy missions.' | - Из этих двенадцати несколько человек уже отлетали свои семьдесят боевых заданий. |
| Colonel Korn laughed. | Подполковник Корн рассмеялся. |
| 'Would it be any less terrible if they had all been new men?' he inquired caustically. | - А если бы они все были новичками, разве катастрофа от этого была бы менее ужасной? -осведомился он ядовито. |
| Once again the chaplain was stumped. | И снова капеллан был сбит с толку. |
| Immoral logic seemed to be confounding him at every turn. | Безнравственная логика, казалось, подстерегала его на каждом шагу. |
| He was less sure of himself than before when he continued, and his voice wavered. | Он уже не чувствовал прежней уверенности в себе. Голос его дрогнул: |
