— «Стальная бездна». — безучастно заметил Антон Агатов, и его сестра согласно кивнула.
…и манекен вместе с кирасой распадается надвое, а Морена через мгновение уже снова стоит рядом с нами.
— … Он превращается в идеальное оружие. — закончила она все тем же спокойным, лишенным эмоций, словно она тоже на самом деле принадлежала к роду Агатовых, голосом. — Это еще одна его уникальная и неочевидная особенность — становиться практически бесполезным в руках того, кто не владеет системой или нужными навыками. В руках такого неофита это будет просто длинный нож, ну или короткий меч, смотря, что ему привычнее, и ничего кроме. В руках солдата морской стражи это идеальное оружие — не стесняющее движение, позволяющее орудовать в тесных пространствах корабельных коридоров и трюмов, быстрое, маневренное, освобождающее одну руку для использования навыков системы, или огнестрельного оружия, и что немаловажно, — практически незаметное в ежедневном ношении. Оно идеально подходит для оборонительной тактики, чтобы прикрывать стрелков, но при необходимости легко превращается в инструмент быстрой смертоносной атаки. Поэтому владеть им требуется каждому курсанту. У вас могут закончиться патроны, может заклинить оружие, но «Затмение» не подведет вас никогда.
— Разрешите еще вопрос! — Аристарх снова вытянул руку. — А я видел на боку адмирала фон Дракена совсем другой клинок, длинный, изогнутый, как сабля! Почему так?
Кстати, да! Ведь когда адмирал тренировал одного меня, и пытался заставить систему выдать мне очки за махание клинком, он давай мне именно этот самый клинок — длинный и изогнутый! Правда приносил он его не на бедре, а просто в руках, отстегнутым, но это ничего не значит! Главное, что с этим «затмением» та сабля не имела ничего общего!
— Адмирал Виктор фон Дракен это отдельный разговор. — пояснила Радин. — Человеку его ранга не пристало в первых рядах бросаться в бой… Хотя, будь его воля, он бы только рад. Тем не менее, его клинок это скорее показатель статуса и должности адмирала, нежели настоящее боевое оружие. Однако не думайте, будто это значит, что адмирал не умеет обращаться со своим клинком. Последний, кто так думал, потратил немало денег на мариновые лекарства, прежде чем его пальцы прижились обратно и начали снова шевелиться. Вопросы?
По строю курсантов снова пронесся недоверчивый шепоток, и Морена нахмурилась:
— Ну раз вопросов нет, перейдем к тренировкам. Сегодня мы познакомимся с палашом на примере тренировочных макетов. Разбирайте.
И Морена кивнула на кусок плотной ткани, похожий на плащ-палатку, что рулоном лежал в траве недалеко от нас. Когда мы его развернули, оказалось, что внутри него лежит несколько десятков таких же «Затмений», как у преподавательницы…
По крайней мере, так казалось. Когда я взял один из них в руку, оказалось, что он сделан из какого-то полугибкого материала, типа очень дубовой резины, что гнется только если прямо изо всех сил попытаться это сделать, и, конечно же, не заточен. Псевдо-палаш казался легким, примерно на уровне полной стеклянной пол-литровой кружки, но что-то мне подсказывало, что настоящий палаш будто точно таким же по весу. Вот прямо до грамма. Хороший, в общем, тренажер для того, чтобы понять, что это вообще такое, этот палаш, и отработать несколько простых техник. Для дальнейшего изучения они, конечно, не годятся — слишком «игрушечные».
Несколько придурков из числа аристократов, гыгыкая как возбужденные гуси, начали пытаться шлепнуть друг друга плашмя по заднице, как мухобойкой, но быстро поймали спокойный и безэмоциональный взгляд Морены, и как-то прекратили. Она даже слова не сказала, ни одного наряда никому не впаяла — а они прекратили, как будто испугались одного только взгляда.
Следующие полчаса мы знакомились с устройством «затмения», и, конечно же, тренировались с ним обращаться. Морена объясняла и показывала две базовые стойки при работе с палашом — боковую, в которой возможно искусственно «удлинить» удар за счет поворота корпуса, и фронтальную, более подходящую для защиты, и для одновременного использования левой руки. Либо для стрельбы, либо для применения навыков системы, которым необходимо указывать цель.
— В дуэльном фехтовании более распространена боковая стойка, поскольку атака имеет приоритет над защитой. — поясняла Морена практически каждое свое движение. — В абордажном все наоборот. «Затмение» предназначено или для того, чтобы прикрывать на короткой дистанции союзных стрелков, или для того, чтобы сражаться в тесных коридорах, или для того, чтобы защищаться в случае, когда огнестрельное оружие по каким-то причинам неприменимо. Ни один из этих случаев не подразумевает боковой стойки — даже бой в ограниченном пространстве, поэтому мы будем уделять особое внимание фронтальной стойке. Однако, это не означает, что мы будем изучать только ее, поскольку изучать только одну школу — не меньшая глупость, чем не изучать вовсе никакой школы.
