Неожиданно машин стало меньше, и дорога мягко покатилась под колеса джипа. Проскочили Волоколамск, Зубцов, поворот на Ржев. Трасса оставалась совершенно проезжей. Банкир давил на газ. К вечеру вылетели к перекрестку с автобаном Киев – Ленинград и, повернув направо, помчались уже в том направлении, куда и собирались ехать. Смеркалось. Оператор, сидевший за штурмана, уверенным жестом свернул карту и громко изрек.
– Привал! – и показал на надпись над воротами то ли кемпинга, то ли пансионата.
На красном полотнище, как в эпоху великих строек, большими буквами было написано «Милости просим!». Отреагировав положительно, Банкир резко повернул к надписи и вкатился на территорию заставленную милыми двухэтажными домиками, над главным из которых висела еще одна поясняющая надпись – «Турбаза».
– Тпру! – выдохнул Банкир и заглушил мотор у крыльца головной конторы.
– Это что за место? – спросил, опуская окно, Редактор у проходящей мимо девушки.
– Это река Великая, – махнув неопределенно куда-то, ответила она, – А это озеро Зверино, – уже более точно показал палец в сторону мелькавшей среди сосен воды.
– А сегодня Иван Купала, – добавил, потянувшись, Банкир.
Это был основной и последний аргумент. Все уже разминали ноги у машины, с надеждой глядя на Редактора, умевшего всюду разместить свою команду на ночлег.
Надежды оправдались и через пятнадцать минут искатели приключений обживали маленький домик на берегу озера, спрятавшийся в тени огромной сосны, почти в самом конце турбазы, рядом с уютно дымящейся банькой, причалом для лодок и большим кострищем.
– Костер – это хорошо, – потирая руки, ходил вокруг кострища Банкир, – Костер – это для праздника Иваны Купала первое дело, – он подошел к берегу, пощупал воду, – И водичка к празднику, то, что надо.
– Костер – костром, – философски изрек Продюсер, – Однако дымом сыт не будешь.
– Уже все скворчит на сковородке, – подходя со стороны конторы, огорошил всех Оператор, – Там кафешка, – он кивнул в сторону конторы, – И, не смотря на поздний час, милая селянка согласилась нас накормить и … напоить, коли вы не против.
Возражавших не было, назад на берег все уже вернулись сытые и довольные. Банкир запалил костер. Затем куда-то пропал и неожиданно вернулся в славянском наряде с волховским посохом в руках.
– С праздником вас честной народ! – провозгласил он, – С наступающей ночью под Ивана Купалу, когда духи предков наших приходят из Нави. Когда темное и светлое перепуталось, когда нет ни человека, ни нежити!
Как бы ответом на его здравицу с озера неожиданно наполз вечерний туман и плотной занавеской накрыл костер и сидящих вкруг него гостей. Редактор отметил, как мелькали в его молочной белизне какие-то тени, а на глади озера плескались то ли крупные рыбины, то ли русалки. «Не хватало еще, чтобы черная папороть зацвела», – усмехнувшись, подумал он. Повернулся и пошел к соснам набрать сушняка в костер. От ствола вековой мачтовой сосны, шарахнулся в лес какой-то зверек. «Леший», – опять усмехнулся Редактор. Он нагнулся за толстой веткой, и вдруг ему показалось, что чуть-чуть подальше почти у самой опушки бора, углом вдающегося на территорию турбазы, засветился какой-то свет. Он приподнял голову, чтобы лучше разглядеть. На опушке цвел, разбрасывая искры, как бенгальский огонь, какой-то цветок. Редактор, не сознавая, что он делает, шагнул к нему, ловя себя на мысли, что это папороть в ночь под Ивана Купалу расцвела, значит, удача рядом. Цветок чуть отступил в глубину бора. «Стоп!» – резко сам себе сказал Редактор, – «Стоп! Это леший водит!» и тут же услышал, как поет, какую-то старинную приговорку Банкир, размахивая своим посохом с головой медведя над взвившимся к небу пламенем костра. Цветок тут же погас. Редактор взял ветку и потащил к костру.
– Вот и наш командор! – встретил его возгласом Продюсер, протягивая налитый стакан.
– Купаться, купаться! – закричал Банкир, стягивая порты и рубаху, – Купаться и через костер прыгать!
– Скажи-ка мне, родовер, – повернулся к нему Редактор, – Папоротник, если цветет, это к чему?
– Это клад под ним, – крикнул от костра Оператор.
– Это к удаче! – поддержал его голый Банкир и со всего размаха бухнулся в озеро.
– Это с почином, – чокнулся с Редактором Продюсер, – За удачу!
– Раз так, то за удачу! – согласился Редактор.
Теплая вода охватила распаренное тело Банкира со всех сторон. Он плыл в пелену тумана, уже не видя ни воды, ни берега. Вдруг рядом что-то громко плеснулось. Банкир повернулся на звук. Прямо на него смотрела милая курносая мордашка, с гладко зачесанными наверх мокрыми волосами и закрученной вокруг головы косой.
– Ты чего здесь? – растерянно спросил Банкир.
Мордашка звонко рассмеялась, махнула ему тоненькой ручкой и, громко плеснув рыбьим хвостом, нырнула в глубину.
