— Умылись! — отчиталась за нас двоих Самэ, поправляя мокрые волосы. Попытка облить водой старшего брата обернулась провалом. И без какого-либо вмешательства с моей стороны. Лишь череда случайных событий, приправленных изогнутым кинетическим щитом.
Одобрительно кивнув, бабушка выглянула в прихожую и, набрав воздух в лёгкие, прокричала:
— Джу! К столу! Быстро!
Со стороны подсобки раздался ответ.
— Иду я, Ками-сама, иду! — дед явно был чем-то занят, судя по тону.
— Ну, так иди побыстрее! — не то чтобы это хоть как-то волновало старшего матриарха семейства.
— Быстрее только вперёд ногами!
— Не поторопишься, я тебе это устрою!
— Только спину не надорви!
Пряча ухмылку, я протянул кусок белого хлеба сестре, в которой та с удовольствием вгрызлась, совершенно не обращая внимания на перепалку родственников. Хотя в первый раз постоянно пугалась, когда кто-то из старшего поколения начинал повышать голос, но потом, поняв, что это у них такой стиль общения, свыклась.
Помнится, года полтора назад, когда приехали обратно в Куо, Самэ решила дословно передать одну из фраз, услышанных от деда. Ну, чего я могу сказать — Мики злится редко, но незабываемо. Джузо после того случая старался при малышке лишнего не говорить, что, конечно, меня не касалось. Скажу одно: словарный запас у старика вызывает искреннее уважение.
Дождавшись появления последнего участника, мы, наконец, приступили к обеду. Из приятного: за едой никто не проронил ни слова, ибо главное правило дома соблюдалось безукоснительно. Никто не хотел получить ложкой по лбу, больно тяжёлая у бабушки рука.
Закончив с трапезой, мы переместились на веранду, где, с удобством расположившись в тени, приступили ко второй части, включающей в себя церемонное распитие зелёного чая. Впрочем, есть у меня сомнения, что дед себе туда плюхает что-то ещё, поскольку больно бодрым становится в процессе.
— Итак, дорогая, не решила, чего хочешь свой день рождения? — поинтересовалась Мацури, делая аккуратный глоток из глиняной чашки.
Самэ, усевшись в кресло-качалку, пошевелила пальцами ног.
— Не знаю! Мама и папа тоже спрашивали. Чего-нибудь интересного? — задумчиво протянула малышка, заставив старших Хёдо переглянуться и горестно вздохнуть.
— Звёздочка, — прокашлялся Джузо. — Пять лет — это важная дата. Может быть есть что-то такое, чего тебе хочется прям очень-очень сильно? Игрушку какую-нибудь?
— Не-а, у меня их и так полно, — беззаботно отозвалась сестра, цепляя печеньку из моей тарелки. Чужое — всегда вкуснее, понимаю. Причём, даже если поменяю наши порции местами, тянуться будет всё равно к моей. — Рури говорила, что ей весной подарили огромную куклу. Но зачем огромная кукла? Она же тяжёлая!
На вопросительный взгляд Мацури, старик тихо пояснил жене, что речь идёт про подругу из детского сада.
— Понятно… А съездить ты никуда не хочешь? — попыталась зайти с другой стороны женщина.
— Нет! Парки развлечения скучные. Там где весело — мне туда нельзя, — под конец пробурчала девочка, видимо, вспомнив, как её сбрили на подлёте при попытке попасть на американские горки.
Посмотрев на растерянных старших Хёдо, мысленно рассмеялся, облокачиваясь на перила и глядя на бесконечно простирающиеся вдаль поля.
Помнится, когда был маленьким — в прошлой жизни — любому подарку был рад. Шоколадка — радость. Деревянные кубики, выточенные местным умельцем — двойная радость. А про игрушки вообще молчу, старенький робот, умеющий издавать странные звуки, дожил до моего тридцатилетия.
Однако и возможности у моей семьи на тот момент были весьма скудные. На моё рождение выпало весьма своеобразное время. Справились, конечно, куда деваться, но не без проблем.
Сморгнув воспоминания, хлебнул чая.
А вот подарок для Самэ — вопрос интересный. Надо ведь что-нибудь такое… запоминающееся.
Постучал пальцами по дереву.
Чёрт, ничего в голову не приходит. Вот никогда не любил подыскивать презенты, зачастую ограничиваясь деньгами. Надо что-то человеку — купит сам. Акт внимания и прочее слабо задевали мою тонкую душевную организацию. Практичность решает.
Только не всучу же я сестре пачку банкнот?
— Самэ, точно ничего нет, чего бы тебе крайне хотелось? Даже самого невозможного, — чувствую, Джузо окончательно отчаялся.
— М-м-м… — задумалась девочка.
Опа, неужели хоть какую-то наводку получим?
— Есть… — удивительно тихо произнесла малышка.
Я чуть повернул голову, смотря в её сторону. Сестрёнка опустила голову, отставив чашку в сторону и перебирая пальцами ткань домашнего платья.
— И, — Мацури взволнованно взглянула на мужа, а затем наклонилась к внучке, кладя свою ладонь поверх её, — чего же ты хочешь?
Малая не спешила отвечать, словно раздумывая над своими словами.
Мы втроём терпеливо ждали, боясь вмешиваться в ход её мыслей.
Спустя минуту, Самэ хихикнула, подняла голову, неловко улыбаясь и, чуть заикаясь, произнесла:
— Я х-хочу, ч-чтобы братик з-заговорил.
Выдохнул через нос, мысленно крепко выругавшись.
Судя по лицам деда и бабушки — они сделали тоже самое.
Заметив наше настроение, сестра резко вскочила на ноги.
