Грейс подкрепился и почувствовал себя гораздо лучше; сгорбившись за пластиковым столом, он сделал ряд телефонных звонков. Едва он собрался уходить, ожил мобильный. Звонил Ник Николл, так и не успевший доложить о встрече с детективом столичной полиции по поводу девушки с подвеской-скарабеем, чье тело обнаружили в Уимблдоне. След оказался ложный. Совпадение. Парень убитой во всем сознался. Белла Мой, разославшая запросы по всей стране, не выявила ни одного убийства, где фигурировал бы жук-скарабей.
«Наверное, повезло, мы успели вовремя их схватить, – подумал Грейс. – Вот только не успели спасти бедняжку Джейни Стреттон».
Он велел молодому констеблю ехать домой, обнять жену, которая должна была родить со дня на день, и сказать, как сильно он ее любит. Удивленный Николл рассыпался в благодарностях. Такое настроение было сейчас у Грейса. Жизнь – бесценный, но такой хрупкий дар. Неизвестно, что подстерегает тебя за углом. Нужно ценить и дорожить тем, что имеешь.
Он уже садился в машину, когда позвонила Клио, бодрая и радостная.
– Привет. Извини, что пропала. Говорить можешь?
– Свободен как ветер, – заверил Грейс.
– У меня выдался кошмарный день. Четыре жмурика – сам понимаешь, выходные!
– Понимаю.
– Мотоциклист разбился в аварии; мужчина, пятьдесят один год, упал с лестницы, ну и бонусом две старушки. Это если не считать мужской головы, от которой толком ничего не осталось, но о ней ты, по-моему, знаешь.
– Слышал немного.
– В обед пришлось ехать в центр Брайтона покупать подарок старикам.
– Каким еще старикам?
– Родителям!
– Ясно.
– А машина застряла на парковке на Бартоломео-сквер. Всю площадь оцепили, якобы из-за бомбы. Представляешь?
– Да ну?
– А когда оцепление сняли, весь гребаный город встал в пробках!
– Да, мне говорили.
– А как твой день?
– Так, ничего особенного.
– Никаких приятных неожиданностей?
– Не-а.
Между ними воцарилось странное, уютное молчание.
– Я так хотела тебе позвонить, – произнесла наконец Клио, – но решила подождать удобного момента, когда мы оба будем свободны и сможем нормально поговорить, а не так, впопыхах: «Привет! Классно покувыркались вчера! Пока!»
Грейс захохотал и вдруг понял, что давно не смеялся. Последние несколько дней выдались очень, очень долгими.
Многим позже, после бесконечной возни с документами, заполнять которые предстояло еще не одну неделю, Грейс вновь очутился в квартире Клио.
Они занимались любовью, а потом он, как младенец, всю ночь спал в ее объятиях. Спал мертвым сном, хотя бы на несколько часов избавившись от страха перед жизнью.
В четверг утром Том Брайс с забинтованными, еще горящими от кислотных ожогов руками заглянул на пару часов в офис.
Судя по восторженным приветствиям коллег и куче газетных вырезок, где они с Келли фигурировали на первых полосах – целых два дня их имена гремели на всю страну, – репутация «Брайс-Райт промоушинал мерчендайз лимитед» не пострадала. Два ведущих продажника, Питер Чард и Саймон Вонг, были на седьмом небе. На фирму валом посыпались крупные заказы от постоянных и потенциальных клиентов.
– Кстати, – добавил Чард, задержавшись у стола начальника, – мы доставили Рону Спэксу «ролексы». Все двадцать пять штук. Маржа просто колоссальная!
– Я же не видел окончательный вариант, – заволновался Том.
Если они напортачили с гравировкой на двадцати пяти золотых будильниках, дело пахнет банкротством.
– Расслабься! Я звонил ему вчера, узнавал. Он доволен как слон.
– Принеси мне документы, пожалуйста.
Через пару минут Чард протянул ему папку. Том не верил своим глазам. Прибыль с каждого «ролекса» составила тысячу четыреста фунтов! Умножаем на двадцать пять, получается тридцать пять тысяч. Такой выручки с одного заказа в фирме еще не было.
Восторг быстро сменился унынием. Келли согласилась лечь в наркологическую клинику. Потом они начнут с чистого листа. Однако хорошие клиники стоят недешево, а лучшие и вовсе заламывают две тысячи в неделю. Помножить на несколько месяцев – выйдет порядка тридцати-сорока тысяч. Плюс расходы на няню, пока Келли не вернется.
Ну хотя бы нынешний заказ покроет часть издержек – за шесть лет сотрудничества Рон Спэкс всегда платил вовремя. Ровно через неделю после доставки и ни днем позже.
– Когда доставили часы? – спросил Том, просматривая документы.
– Вчера.
– Быстро вы управились. Я ведь принял заказ…
– В четверг! – выпалил Питер Чард. – Я нашел поставщика, а наш гравер сделал все за ночь.
– Я так и не посмотрел рисунок, Спэкс только обещал его прислать.
Чард полистал документы и ткнул пальцем в фотографию формата А4.
– Вот, увеличенный вариант. В действительности там микроскопическая точка, невооруженным глазом не увидишь.
Том вгляделся в изображение жука – довольно симпатичного, но чуточку зловещего насекомого с диковинными отметинами на спинке и рогом на голове – и нахмурился.
– Жук-скарабей, – сообщил Чард. – У древних египтян они считались священными.
– Правда?
– Ага. Омерзительное создание. Их еще называют навозными жуками.
– Кому нужна такая гравировка на часах?
Чард пожал плечами:
– Спэкс вроде торгует лазерными дисками?
– Да, в крупных объемах.
