Я не знала, что задумал Кэл, мне было все равно. Завтра или послезавтра мне будет не все равно, но я надеялась, что к тому времени его безумие пройдет, он отправится в очередную командировку по работе, как секьюрити звезд, и мне не придется больше о нем беспокоиться.
Он въехал на стоянку с двумя отчетливо видными знаками, гласившими — «Парковка запрещена», и выключил зажигание.
Я уставилась на знаки, потом перевела взгляд, оглядывая улицу, мы оказались в самой глубине города. Я даже не заметила, как мы сюда добрались. Зачем Кэл привез нас сюда, одному Богу было известно.
Потом я оглянулась на дочек, которые пялились в боковые окна.
Потом я посмотрела на Кэла.
— Кэл, здесь нельзя парковаться, — сказала я ему.
Он проигнорировал мое замечание, приказав:
— Переобувайся, соседка.
Похоже, опять вернулись «мы».
— Я не могу ходить в шлепанцах на людях в таком платье, — сообщила я ему.
Он снова проигнорировал мое замечание, повторив:
— Соседка, смени обувь.
Я мельком подумала, сколько мне потребуется времени, чтобы объяснить Джо Кэллахану, почему я не могу ходить в шлепанцах в костюме за семьсот пятьдесят долларов, зная, что даже Тим не понял бы мою точку зрения, черт побери, даже Майк не понял бы, а Майк казался мне мужчиной, который разбирался в подобных вещах, учитывая, насколько одержимой была его бывшая жена в покупках. Поэтому Кэл определенно не понял бы, поэтому я решила, что это будет явно невыполнимой задачей, все мои объяснения с ним закончатся словесной перепалкой, а я устала и хотела есть.
Поэтому я заявила:
— Я не буду с тобой спорить, но обувь менять не буду.
Его голубые глаза встретились с моими, и я выдержала его взгляд.
— Бл*дь, — пробормотал он уступая, что было еще большим безумием. Кэл никогда не сдавался, а теперь он дважды за сегодняшний день уступил мне.
— Не ругайся при девочках, — огрызнулась я.
— Детка, они постоянно слышат такие слова, — ответил он, и я почувствовала, как мои глаза расширились от подобного заявления.
Кэл посмотрел на выражение моего лица, потом повернулся к моим дочкам и спросил:
— Вы будите говорить «бл*дь» из-за того, что я говорю «бл*дь»?
— Нет, — тут же ответила Кейт.
— Нет, потому что маме это не нравится, — язвительно ответила Кира.
Кэл оглянулся на меня и поднял брови.
На этот раз я сдалась, распахнула дверцу, вышла и отодвинула сиденье, чтобы Кира и Кейт могли выйти из машины.
Кэл захлопнул дверцу, обогнул капот и направился к нам, поджидая, когда все окажутся рядом с машиной. Как только Кейт вылезла из машины и закрыла за собой дверцу, я посмотрела на Кэла и увидела темноволосого мужчину в красивой, почти блестящей темно-синей рубашке-поло и темно-серых брюках, направляющегося к Кэлу.
Подойдя ближе, мужчина крикнул:
— Эй! Здесь нельзя парковаться.
Кэл обернулся, мужчина резко остановился и удивленно уставился на него, словно увидел привидение.
— Мать твою, трахни меня, Кэл? — прошептал мужчина.
— Привет, Мэнни, — отозвался Кэл.
— Кэл! — заорал мужчина, которого звали Мэнни и который знал Кэла.
Я наблюдала, как он прыгнул вперед и обнял Кэла, ударив его по спине так, что мне показалось это немного болезненно, затем он отстранился и посмотрел на него.
— Срань господня, чувак, папа будет вне себя, ма тоже. Они оба здесь. *бать меня!
— Мэнни, — произнес Кэл, придвигаясь ко мне и притягивая к себе, обнимая за плечи, — Вай бесится, когда ты упоминаешь «*бать» перед ее дочками.
Но Мэнни не слушал, а я не вырывалась из рук Кэла в основном потому, что боялась, что у Мэнни случится сердечный приступ и мне придется делать ему искусственное дыхание (чего я никогда не делала). У него глаза вылезали из орбит, и он не мог справится со своим дыханием, пока смотрел на меня, Кейт и Киру.
Затем он прошептал:
— Трахни меня.
— Серьезно, парень, следи за выражениями, — предупредил Кэл, понизив голос.
Мэнни дернулся, затем его лицо расплылось в широкой улыбке, и он прыгнул вперед, протягивая мне руку.
— Эй, привет, я Мэнни.
— Привет, — ответила я, беря его руку, он крепко сжал мою, не пожимая, а просто крепко держа. — Меня зовут Вайолет.
Он кивнул.
— Вайолет, очень мило. — Потом он отпустил мою руку и повернулся к Кейт, протягивая ей руку. — Привет, красотка.
— Эм... привет, — застенчиво ответила Кейт, беря его за руку. — Эм... Я Кейт.
— Кэти, нравится больше, — ответил ей Мэнни, отпустил ее руку и повернулся к Кире. — А ты кто, милая?
— Кира, — она тоже взяла его за руку, глядя на него снизу-вверх, явно очарованная, потому что, как я запоздало заметила, он был очень красивым, хорошо сложенным итало-американцем.
— Кира, красивое имя. Отлично, — Мэнни закончил свое одобрение наших имен, затем отпустил руку Киры и быстро двинулся к двери ресторана, объявив: — Давайте войдем, засунем ваши задницы в кабинку, я позову маму и папу, а потом мы выпьем кьянти и съедим большую пиццу, а?
Не имея особого выбора, мы последовали за ним; рука Кэла легла на поясницу Кейт, направляя ее вперед. Я направляла Киру, положив руку ей на талию. Рука Кэла все еще обнимала меня за плечи.