Кён Ху впервые видел своего бывшего друга таким подваленным. На Ён Дже не было лица, а его яркие глаза были такими мутными, а руки так тряслись лишь от того, что кто-то смел называть его друга по имени. Кён Ху не понимал причины и вообще ничего уже не понимал, но он надеялся, что после того, как он вернёт своё тело и поможет Джи Хуну, все встанет на свои места. Но правда ли юноша хотел, чтоб всё снова было как прежде?...
***
— Так значит, Квон Ён Дже твой друг?
Кён Ху даже не успел открыть глаза, как над ним уже стоял Джи Хун с допросом, слыша всю перепалку двух парней в палате.
— Был... — кратко ответил юноша отведя взгляд.
— Так это он оказался с «гнильцой?» — уточнил Джи Хун, и увидев кивок Кён Ху присел рядом, над чем-то задумавшись.
— Может он не так плохой, но для меня принципиально неприемлемо, когда кто-то остается в стороне, когда другого гнобят, — решил развеять тишину юноша, все так же оставаясь в лежачем положении, — Нас в детстве тоже сильно гнобили, из-за чего теперь я ненавижу тех, кто это делает и тех, кто желает оставаться в стороне, имея силы помочь…
— Ты всегда за всех заступаешься? — спросил Джи Хун, и не став врать, юноша честно ответил:
— Лишь за тех, кто правда в этом нуждается.
— А как понять, кто правда нуждается, а кто нет? — удивился парень такому ответу.
— Если человек и вправду хочет, чтоб ему помоги, он пытается сделать хоть что-то, а кто нет, тому и роль «Жертвы» вполне устраивает, и ради самого себя он не пошевелит и пальцем, желая, чтоб его все лелеяли и жалели, — пояснил юноша, и увидев вопрос на лице собеседника, пояснил, — У нас с тобой другая ситуация. Ты хоть и не желал помощи, но она была тебе и мне нужна, потому я обязан это сделать, чтоб мы все обрели свои тела и счастья.
— То есть, ты помогаешь мне ради себя? — спросил Джи Хун, не выглядя расстроенным или злым.
— Если скажу «Да», то совру, — ответил юноша, вставая с полу и смотря прямо в голубые глаза парня перед собой, — Оставаясь в твоей жизни я мог бы добиться таких высот, каких в своей мне никогда не видать. Твоя семья прекрасна, и я бы так хотел такую же, но увы, у меня вообще никого нет. Ты красавчик даже без мускул, а мне приходилось очень долго тренировать своё тело, чтоб хоть немного привлекать кого-то. Да, я считаю, что твоя жизнь намного проще и лучше моей, но… — Кён Ху задумался, но всё же выдал, — Это твоя жизнь, а я хочу свою.
Примечание к части
Раиракки: Глава отредактирована. Приятного чтения!
Идя в школу, Кён Ху был в приподнятом настроении, так как мать Джи Хуна обещала сегодня устроить семейный кино вечер. Парню нравилась семейная обстановка в доме Ши. Все там, кроме Ши Джи Сока, любили его и даже пёс уже считал хозяином. Кён Хуну ещё никогда не было так тепло с кем-то, кого он мог назвать
Обычно юноша много работал, тренировался и учился программированию, дабы занять свободное время делом и не думать о своей жизни, а теперь с учёбы парень бежал домой, там немного пытался учиться по школьным дисциплинам и программированию, а вечерами уделял время семье. Всё же приятно быть кому-то нужным, даже понимая, что ты не тот, кем они тебя считают…
Погода была пасмурной и Кён Ли смотря в небо, предполагал грозу ближе к обеду, —
Запах горького мужского одеколона ударил в нос Кён Ху, и попытавшись отстраниться он понял, что не может этого сделать, так как руки очень крепко держат его тело, не давая и шанса отступить, —
— Ох, мой птенчик, ты так по мне соскучился, что сам летишь в объятия? — усмехнулся парень, и только Кён Ху подумывал наступить ему на ногу, чтоб освободиться, как тот сам разжал руки, давая юноше отойти, но не на долго, — Давно мы не прикасались друг к другу, да? — прошептал на ухо незнакомец, говоря так, будто они с Джи Хуном не просто знакомы, а очень хорошо знакомы...
— Эй! — возмутился Кён Ху, оказавшись прижатый к стене лицом.
Вокруг злобного парня с кудрявыми волосами, как у горгона, образовалась небольшая кучка из пяти человек, и все они желали одного, —
— Отойди, — строго изрёк Кён Ху, но подростки лишь завелись, не видя в худощавом парнишке ничего страшного.