Умри или спаси полностью

— Эй, Квон, неужто ты собрался мешать нам? — бросил один из шайки главаря, тявкая за его спиной как настоящая дворняга. Тройка других так же начали галдеть и лишь Цзи Ху оставался молчалив, сильно сжимая свои кулаки.

— Квон Ён Дже, уйди, — твёрдо произнёс глава хулиганов, но на его слова Ён Дже лишь закрыл своей спиной Кён Ху, этим показывая, что он не позволит никому и пальцем его тронуть, — Квон Ён Дже… — прорычал Цзи Ху, лицо которого стало красным от злости, ведь он был ниже по уровню, чем староста школы, потому ему нельзя было его трогать. В ином случае он сам получит вдвойне, — Ха. Так значит? Ну хорошо, — вдруг изменился в лице насильник, и теперь он выглядел как настоящий пациент психиатрической больницы — «Мамочки, да ему лечиться надо,» — подумал про себя Кён Ху, всё так же стоя за спиной друга, как за своим спасителем. Медленно подходя ближе к двум ребятам, Цзи Ху держал на своём лице злобную улыбкой, которой произнёс, — Ты об этом пожалеешь, — адресовал он данные слова Ён Дже, а затем, бросив взгляд на свою жертву, одарил и её словечком, — А ты готовься к худшему.

Сказав всё, что хотел и не став начинать драку, глава со своей шайкой ушли из кабинета, оставив двух парней одних, — «Фух… Пронесло,» — только подумал Кён Ху, но затем его руку внезапно схватили и дёрнули на себя. Юноша успел лишь два раза моргнуть, а затем оказался лицом к лицу с Ён Дже, смотрящего на него очень и очень странно.

— Эм... что ты?...

— Кён Ху, — бросил парень, не отрываясь смотря на юношу, впавшего в ступор.

— Ах да… Он передал мне эти слова и…

— Ты,— продолжил говорить по слову Ён Дже, но делая это уверенно и без малейшего колебания. Видя замешательства в глазах юноши, староста собрал свой предложение воедино, — Ты Кён Ху.

Услышав данное заявление у Кён Ху расширились зрачки, не веря он, что его бывший друг и впрямь узнал его в чужом теле, — «Это не возможно! Как он...» — запаниковал юноша, но спрятав за спиной кулаки, решил не сдавать себя до последнего.

— Чего? Это же бред... Как я могу быть Кён Хуном? — неуверенно спросил парень, желая скорее уйти, но стоящий всего в пару сантиметрах староста явно не дал бы ему этого сделать.

— Я тоже этого не понимаю, но точно знаю, что это ты, — ничуть не сомневаясь в своих словах, выдал парень, всё так же пронзая Кён Ху глазами, ещё ни разу не моргнув за их не долгую, но напряженную беседу, — Хоть я не очень хорошо знаком с Джи Хуном, но могу точно сказать, что он не был таким, как ты, Кён Ху, — уже обращаясь к бывшему другу по имен, сделал шаг в перед красавец, от чего пареню пришлось медленно, но верно отступать назад, — Джи Хун слабак, трус, неуверенный в себе человек. Он тряпка, не способная к тем действиям, что делал всё это время ты. Джи Хун хлюпик, который, скорее всего, закрылся бы в себе в первую неделю и…

— Не говори про него так! Он совсем не та… — возмутился Кён Ху, услышав оскорбление в адрес своего друга, но затем закрыл свой рот ладонью, поняв, что окончательно спалился.

— Так и знал, — окончательно убедились в своей правоте, Ён Дже так же окончательно прижал бывшего друга к стене, пронзая его взглядом хищника, который желает свою жертву.

Кён Ху и впрямь сейчас был жертвой. Ему впервые стало страшно находиться с бывшим другом один на один, ведь тот раскрыл его тайну. Даже родители Джи Хуна не заподозрили неладное, а Ён Дже — да. Ён Дже не видел друга столько лет, но узнал его, даже когда тот находится в чужом теле. Это было просто немыслимо, но это было и Кён Ху пришлось признать то, что он попался.

— Ну узнал и узнал, что ты теперь от меня хочешь? — встал в защитную позу юноша, скрестив руки на груди. Будучи чуть ли не прижатым к стене, Кён Ху чувствовал себя максимально некомфортно, в то время как Ён Дже будто наслаждался этим моментом, который он ждал очень и очень давно.

Некоторое время Ён Дже просто стоял и в упор пялился на юношу, будто не зная ответа, — «А чего же хочу?», — но затем, по всей видимости найдя ответ на вопрос, староста резко сжал парня в крепкие объятия, от чего Кён Ху аж вздрогнул, не ожидая действий от бывшего друга, до этого ни с кем так себя не ведущего.

— Эй ты... чего? — с непониманием спросил юноша, ощущая себя максимально некомфортно в чужих объятиях. Когда его обнимали в последний раз? Никогда…

— Кён Ху... — прошептал парень имя, от которого юноша слегка покрылся дрожью. Его имя было произнесено столь несчастным, но в тоже время счастливым голосом. Это были сплошные противоречия звуков, но именно их Кён Ху чувствовал и слышал в словах друга.

— Ён Дже, отпусти ме… — попытался вырваться из объятий сильного парня Кён Ху, но услышав своё имя из уст друга детства староста вдруг дёрнулся, от чего и сердце Кён Ху ойкнуло от столь неожиданной реакции.