Умри или спаси полностью

Услышав слова близнеца, Джи Сок побледнел, а Кён Ху довольный вошёл в комнату, закрыв её на ключ. «Так значит, завтра собака пойдёт заступаться за своих шавок? Отлично, тогда я тоже подготовлюсь!» — с улыбкой до ушей решил про себя Кён Ху, засев за свои компьютером для второго этапа миссии «Месть».

***

— В… больницу? — с испугом переспросил Джи Хун у юноши то, что он сделал с четвёркой хулиганов.

— Почему ты волнуешься за них? Они же твари! — он никак не мог понять реакции своего друга.

— Но всё же люди… — с тяжестью вздохнул юноша.

— Я таких за людей не считаю, — проворчал Кён Ху, сильно сжимая свои кулаки. Ему было больно за Джи Хуна и он потерял всякое сострадание к негодяям, невольно становясь таким же злом.

— Кён Ху, ты же не такой человек, чтобы делать нечто подобное, так ведь? — спросил Джи Хун и это правда было так.

Кён Ху в жизни так не вредил людям, как за эти пару дней. Злость взяла вверх над разумом парня, говоря, что он поступает правильно, ставя недругов на место, но душа все же кривилась, говоря Кён Ху, что мало чем он отличается от тех же тварей, которых так презирает.

— Нет, Джи Хун, я такой… Меня в детстве тоже очень обижали и отвечал я обидчикам так же. Они бросили в меня камень? Я брошу в ответ. Меня обозвали? Я сделаю тоже самое, — признался юноша в том, что он вовсе не великий благодетель, а самый настоящий мститель, — Я никогда не мог промолчать и быть умнее или лучше. Я просто… — Кён Ху прикрыл веки, с тяжёлым вздохом признав, — Не очень хороший человек.

Кён Ху тяжело было признаваться в том, какой он на самом деле. Хоть он и не считал себя хорошим, но всё же стремился стать лучше, но посмотрев на себя со стороны осознал, что душу человека ничего не исправит и каким злым он был, таким и остался.

— По мне, так в мире не существует хороших людей, — после минутного молчания, вновь заговорил Джи Хун, — Я думал, что хороший и терпел издевательства, боясь действовать и кому-то навредить. И что в итоге я достиг будучи хорошим? — спросил юноша, сам же ответив на своё вопрос, — Ничего… Издевательства как были, так и продолжились, и только благодаря тебе моё тело сейчас не так трогают, — Джи Хун подошёл к другу, положив свою ладонь ему на плечо, — Я не считаю, что ты плохой Кён Ху, но я боюсь, что из-за моих проблем ты станешь именно таким.

— Я… — открыл рот Кён ху, но затем прикрыл его, и немного подумав продолжил, — Понимаю о чём ты, но всё равно не хочу останавливаться, — строгим голосом изрёк парень, — По крайне мере, пока Бен Цзи Ху не ответит за свои действия.

— Наверное, ты прав. И наверное, посчитаешь меня психом… Но даже после всего, что он сделал, я… — медленно опустил взгляд вниз юноша, говоря с болью, но нежностью в голосе, — Не хочу, что бы Цзи Ху страдал.

— Что? Да как ты…

Кён Ху не успел договорить, так как белая пелена перед ним сменилась темной, а в следующую секунду юноша открыл свои глаза, оказавшись в комнате.

«Как же так… Я правильно его понял? Он не хочет, чтобы я мстил Бен Цзи Ху? Он же его предал и изнасиловал, да как после такого вообще можно прощать его?» — злился юноша, встав с кровати и подойдя к зеркалу, твёрдо решил.

— Я точно не прощу.

***

Подойдя к школе, Кён Ху с трудом сдержал улыбку, видя целую кучу полицейских, начинающих тщательную проверку из-за случившегося происшествия с наркотиками. По слухам, правоохранительным органам удалось поймать ещё пару-тройку любителей покурить травку. Это обрадовало парня, а новость о том, что их дорогой директор написал заявление об отставке и вовсе заставило Кён Ху ликовать в душе, даже не думая, что убьёт сразу двух зайцев одним выстрелом.

Не успел Кён Ху зайти в класс, как его уже позвали на разговор полицейские, но парень вёл себя скованно и делал вид, что он в этой школе бедная и несчастная жертва, а слова одноклассников подтвердили то, что Джи Хун слабак и неудачник. Неспособный сделать что-то плохое. Но оказались и те, кто заметил изменения в парне, поведав полиции о том, как он в последнее время отвечает своим обидчикам. Полицейские всё же поверили бедной жертве, посоветовав ему быть осторожным.

Из-за полиции день прошёл быстро, и Кён Ху думал, что сегодня он просто уйдёт домой без проблем, но она поджидала его в коридоре, очень желая побеседовать.

— Эй, птенчик пойдём, поговорим? — в «дружеской» форме взяв юношу за плечи, насильно повёл его вдаль Бен Цзи Ху, и понимая, что одним разговором дело не закончится, Кён Ху начал действовать.

— ААААААААА! — во весь голос закричал парень, привлекая этим всеобщее внимание, — Нет… по. пожалуйста я. я не хочу! — жалобно начал вопить Кён Ху сразу же заметив, как трое полицейских идут к ним.

— Ты… — хотел было возмутиться хулиган, но пришедшие правоохранительные органы прервали его, спросив в чём дело.