И потянулись мрачные будни. От одной мысли, что мне придется идти на пары, у меня начинало ныть все тело. Светка кое-как уговорила меня попросить о переводе в ее группу, но, по большому счету, нужды в этом не было — Алиса бросила университет. Иногда, когда я находилась в тех же аудиториях, писала за теми же партами, где мы бывали раньше с ней и Стасом, на меня набрасывалась жуткая, душераздирающая тоска, после чего я приходила в свою комнату и подолгу сидела возле узкого окна, наблюдая за продолжающим жить как прежде миром.
Светка взяла на себя роль маленького ангела-хранителя — с утра до ночи она таскалась за мной по пятам, приносила еду, готовила кофе, договаривалась с преподавателями о пересдаче моих «хвостов». Я не рассказывала ей об Алисе, но, по-моему, она сама обо всем догадалась. Наверное, она даже не представляет, как я благодарна ей за эту молчаливую поддержку. И за то, что она стала связным между мной и Кириллом.
Он действительно не бросил меня на произвол судьбы. Передал через Светку адрес хорошего психотерапевта, к которому я все не решалась сходить, потом — сообщил, что договорился с какой-то женщиной о сдаче мне комнаты. Правда, я уже передумала покидать общагу — хоть мне и противно было видеть других людей, Светка, находясь рядом каждый день, хотя бы немного напоминала мне о существовании внешнего мира.
По вечерам я часто замечала парня по ту сторону дороги, задумчиво глядящего на окна общаги. Обычно он выкуривал две-три сигареты и уходил, так и не решаясь зайти внутрь. Конечно, я знала, кто это. Но подойти и заговорить с ним мешала скулящая совесть, а еще, наверное, не хватало смелости. И вот так каждый вечер я следила за Кириллом, не отходя ни на минуту от окна, боясь, что завтра могу его там не увидеть.
Прошла зачетная неделя, кое-как я избавилась от задолженностей и даже в срок сдала курсовую. Затем стремительно пролетел Новый год и несколько дней отдыха, во время которых я побывала дома и выслушала причитания моей дорогой мамочки из серии «А я же говорила!». Папа дал мне немного денег — я побоялась просить больше, хотя и прекрасно понимала, что стипендии в следующем полугодии мне не видать. В общем, моя хромая, перекошенная жизнь потихоньку выравнивалась, хотя иногда я чувствовала, что буквально задыхаюсь от нее. Что ж — хоть сначала я и свалила всю вину на Алису, теперь, поразмыслив, ясно понимала, что единственной причиной случившемуся являюсь я сама. Я не знала себя, не знала, чего хочу, и не осознавала, что сейчас жить без Кирилла будет еще труднее, чем тогда, в школе, когда я и мечтать не смела о том, чтобы даже приблизиться к нему.
Однажды после сессии я, как обычно, лежала на кровати и с вялым интересом играла в автомобильные гонки на телефоне. Сегодня была пятница, пары закончились довольно рано, и я с жалостью вспоминала, как сильно любила пятничные вечера раньше. В дверь робко постучали и, не дожидаясь моего ответа, в комнату заскочила Светка — необычно оживленная, с таким перепуганным видом, будто на Землю надвигается огромный метеорит и у нас есть пару минут для того, чтобы укрыться в защитном бункере.
— Что такое? — недоверчиво спросила я. — Кого-то опять убили?
— Да типун тебе на язык! — фыркнула Светка. — Он меня пригласил!
Я устало закатила глаза. Похоже, после недолгого перерыва, эпопея с Сашей все же продолжается.
— Куда?
— У него сегодня финал! Ну, наша команда вышла в финал Кубка университета! И он, значит, тоже…
— Спасибо, Кэп, — зевнула я.
— И вот он подходит ко мне после пары и говорит: я, мол, хотел попросить тебя прийти на игру. Я такая: «Зачем?» А он покраснел, — правда-правда! — и сказал, что я была бы его талисманом!!!
Я многозначительно подвигала бровями и ухмыльнулась.
— Ну, вот и флаг тебе в руки, Света.
— Не, подожди, — запротестовала она. — Я хочу, чтобы ты пошла со мной!
— Извини, мне не пойдет костюм медведя.
— Что?!
— Талисманы команды обычно надевают костюмы зверя-символа. У наших это бурый мишка.
Светка явно обиделась, так и не поняв, что я шучу. Тряхнула кудрями, бросила на меня полный укора взгляд, и встала с края кровати.
— Ну и ладно! Сама схожу!
— И сходи.
— И они выиграют, а тебе пусть будет стыдно!
— Ничего. Мне все время стыдно.
— И я тебе не расскажу, что видел Сашин друг в клубе в тот вечер, когда напали на Стаса.
Я медленно перевела непонимающий взгляд на ее напряженное, хмурое лицо.
— Так. С этого места подробнее, — я села, обняв колени. — Выкладывай, что знаешь.
Светка обижено задрала подбородок.
— Отстань! Ты мной только и командуешь. А как я попрошу…
— Света! — прикрикнула я. — Хватит выделываться. Я пойду с тобой на этот дурацкий финал, если ты действительно не шутишь.
