Держась за руки, вестник смерти и юная девушка покинули глазированный солнцем особняк на Манцинелла-стрит. Вечер был полон плотного белого света, какой бывает только летом и очень редок для осени. Мир производил впечатление сезонного бестселлера: ничего лишнего, все работает на сюжет. И если солнце считать отношением бога к происходящему, то он явно был не против.
Дина чувствовала, что была словно оглушена внезапным свиданием с Роном. Это было совершенно непривычное для нее состояние: она ведь уже встречалась с парнями, и последний был негласным королем школы. Эйкен – мечта всех младших сестер и их подружек – вошел в ее жизнь (а потом и в постель) красиво: в один из дней дождливого лета, когда Дина в группе поддержки школьной команды лакросса подвернула ногу, Эйкен, растолкав других претендентов, просто и в то же время элегантно вынес ее с поля, усадил на скамейку и уверенно сказал, что вернется за ней, как только закончится игра.
А игра между тем только начиналась…
Дина, которой тогда было четырнадцать, сидела тихо, терла свою опухшую лодыжку и тупила в телефон, листая ленту туда-сюда. А в голове сам собой снова и снова загорался вопрос: неужели самый красивый парень школы обратил на меня внимание? Эйкен встречался, наверное, с половиной школы, ходили слухи, что даже некоторые молодые учительницы пали жертвами его чар. Но так или иначе в последние пару месяцев он был много раз замечен с Анной. Анна – лучшая подруга Дины – была эффектной уже в свои четырнадцать. И если Дина еще ни разу не оставалась с парнем наедине, то, глядя на то, как Эйкен то и дело сжимает Анну ниже талии, она догадывалась, что у них с Эйкеном все или уже решилось или вот-вот решится.
И поэтому жест парня лучшей подруги, который отнес тебя на скамейку запасных после травмы, не на шутку удивил Дину. Она видела, как Анна проводила их взглядом. Очень сосредоточенным и недобрым, как показалось Дине. Скамейка запасных… Дина втайне усмехнулась: да, а ведь она и правда на скамейке запасных. Что если у них с Эйкеном не все ладно, и он просто присматривается, с кем бы еще закрутить тут? Дина из богатой семьи, отец зарабатывает столько, что может купить всю школу вместе с командой лакросса, почему бы и нет?
Дина следила взглядом за Эйкеном, который шел через поле к своей команде. Ему наперерез шла Анна, быстро и решительно, – она, взмахнув рукой, как показалось Дине, в ее направлении, что-то выкрикнула. А Эйкен сделал странное. Дина потом решила думать, что этого не было. Что просто ей показалось. Всякое может быть вечером, если ты смотришь издалека.
Эйкен резко и коротко ударил Анну по щеке. Удар был такой точности и скорости, что едва ли кто-то, – а они стояли ото всех далеко – заметил. Анна вскинулась, но устояла на ногах. Она не плакала, не приложила руку к лицу, просто стояла. Стоял и Эйкен. Какое-то время они смотрели друг на друга. Потом он навалился на Анну всей своей разгоряченной массой – крепкий, высокий, очень красивый, очень потный и взлохмаченный. Навалился и начал целовать взасос. Анна отвечала.
Дина смотрела не них и не понимала, что чувствует.
Это был парень Анны, ее лучшей подруги. Все правильно, так и должно быть. Но почему ей неприятно и в то же время хочется смотреть? Хочется, чтобы он продолжал? Хочется, чтобы он делал то, что делает, и еще, и дальше… и чтобы на месте Анны вдруг оказалась она, Дина?
Дина никогда не ругала себя за свои желания. Они стояли выше всех других – даже если это касалось ее друзей. Но тут она испытала что-то близкое к стыду.
Лучшая подруга, ее парень…
Эпизод с ударом и последовавшим страстным поцелуем не на шутку возбудил Дину. Она с интересом наблюдала за собой и за тем, как насилие – а в том, что удар это насилие, Дина все же не сомневалась, – действует на нее. Неужели боль и сладость так близки друг к другу?
Дина смотрела на целующихся до тех пор, пока Анна не прервала поцелуй и не посмотрела на Дину. Взгляд был коротким, каким-то стеклянным, как у куклы, – скорее проверить, как там подруга с поврежденной ногой. Но на мгновение они встретились глазами. Анна смотрела пустым и отрешенным взглядом, Дина – заинтересованным, как ребенок.
Играть закончили ближе к сумеркам, расходиться никто особо не хотел. Завтра были выходные, и ребята хотели чиллить в школьном дворе как можно дольше. Дина слегка замерзла, поэтому стала собираться домой. Дойти она скорее всего сможет, хотя и медленно. Она позвонила бабушке предупредить, что слегка подвернула ногу, чтобы та ждала ее с обезболивающими и теплой ванной.
Встав и какое-то время провозившись с ногой, Дина не заметила, как из наступающих сумерек пришел Эйкен. Он наблюдал, как Дина пытается шагнуть и, покачнувшись, шагает, несмотря на боль в ноге.
– Ты боец, – Эйкен одним движением взял Дину под руку.
– Я просто старшая сестра в семье без матери. – Дина оперлась на руку Эйкена. Кожа была теплой и сухой. От Эйкена хорошо пахло. Видимо, он успел помыться после игры и пришел чистый и готовый к приключениям. – Ну все знают мою историю, думаю, ты тоже.
