– Еще одно подобное слово, и ты, Арчи, уйдешь из этого дома. Тут нет ее вины. Она поступала, как считала нужным. И наши мужчины поступают так, как считают нужным. Все делают то, что, как им кажется, должны делать. Не могут все думать и действовать одинаково, и неверно судить обо всех по себе. И как вы с Индией можете говорить такие ужасные вещи, в то время как ее муж… и мой муж тоже… может быть, они…
– Тихо! – остановил ее Арчи. – Сядьте, мэм. Там лошади.
Мелани опустилась на стул, взяла рубашку Эшли, склонилась над ней и, не отдавая себе отчета в том, что делает, принялась рвать жабо на мелкие кусочки.
Стук копыт близился с каждой секундой, и уже можно было различить звон трензелей, скрип седел и гомон голосов. Лошади стали у их дома, раздалась отрывистая команда, затопали сапоги у заднего крыльца. Четыре женщины, в тревоге склонившие головы над шитьем, чувствовали себя так, словно сотни враждебных глаз изучают их в незашторенные окна. У Скарлетт сердце рвалось из груди, а в голове вертелась одна и та же фраза: «Я убила Эшли! Я убила Эшли! Я убила Эшли!» В этот кошмарный момент ей не пришло в голову, что она могла убить и Фрэнка, но мужу не нашлось места в ее воспаленном воображении, где она уже видела, как Эшли падает к ногам кавалеристов янки и по русым его волосам стекает кровь.
Когда раздался резкий стук в дверь, она подняла глаза на Мелани и заметила на ее напряженном личике новое выражение – выражение отрешенности, которое она видела на лице Ретта, когда невозможно понять, блефует он или нет.
– Арчи, открой дверь, – спокойно попросила Мелани.
Сунув нож за голенище сапога, он поправил пистолет, торчащий из широкого пояса брюк, проковылял к двери и рывком отворил ее. Питти пикнула, как мышка, оказавшаяся в мышеловке: на пороге стоял офицер с группой людей в синей форме. Но остальные женщины хранили молчание. Скарлетт, узнав офицера, вздохнула свободней. Это был капитан Том Джеффри, один из друзей Ретта. Он купил у нее партию леса для нового дома. Она знала, что этот человек ведет себя как джентльмен. Возможно, если он джентльмен, то не потащит их в тюрьму. Офицер тоже узнал ее, снял шляпу и поклонился несколько смущенно.
– Добрый вечер, миссис Кеннеди. Кто из вас, дамы, будет миссис Уилкс?
– Я – миссис Уилкс. – Мелани поднялась, полная достоинства, несмотря на свой маленький рост. – А чему я обязана этим вторжением?
Капитан быстро обвел глазами комнату, задержался на мгновение на лице каждой из женщин, потом бросив взгляд на стол и вешалку для шляп, стараясь отыскать признаки присутствия в доме мужчин.
– С вашего разрешения, я хотел бы поговорить с мистером Уилксом и мистером Кеннеди.
– Здесь их нет, – ответила Мелани с холодком, но спокойно.
– Вы уверены?
– Не смейте не доверять словам миссис Уилкс, – сказал Арчи, шевеля бородой.
– Прошу меня извинить, миссис Уилкс. Я не хотел проявить к вам неуважение. Если вы дадите мне слово, я не буду обыскивать дом.
– Вот вам мое слово, но ищите, если угодно. Они на собрании в городе, в магазине мистера Кеннеди.
– В магазине их нет. Сегодня нет никаких собраний, – угрюмо ответил он. – Мы подождем снаружи, пока они не вернутся.
Он сухо поклонился дамам и вышел, закрыв за собой дверь. Сквозь вой ветра они услышали его отрывистые приказания:
– Окружить дом. По одному человеку к каждому окну и к двери.
Раздался топот ног, и Скарлетт чуть не подскочила на стуле, увидав в окнах бородатые лица, глазеющие на них. Мелани села и твердой рукой взяла со стола книгу. Это был потрепанный экземпляр «Отверженных». Книга очень нравилась солдатам Конфедерации, они любили читать ее у костра и с мрачным юмором называли ее «Отверженные генерала Ли». Она наугад раскрыла книгу и с невозмутимым видом принялась читать вслух.
– Шейте, – скомандовал Арчи хриплым шепотом, и три женщины, черпая силы в ее ровном монотонном голосе, склонились над столом.
Как долго Мелани читала под настороженными взглядами, Скарлетт не могла сказать, но ей казалось, что это продолжается уже несколько часов. Она не слышала ни слова, погруженная в размышления о судьбе Эшли, ну и Фрэнка тоже. Вот почему он был подчеркнуто спокоен в этот вечер! Но он же обещал ей, что не станет связываться с кланом. Этого она боялась больше всего! Получается, она впустую трудилась целый год. Напрасными оказались все ее усилия. А сколько страхов она натерпелась, мотаясь между лесопилками и в грязь, и в холод. Но кто бы мог предположить, что старый облезлый Фрэнк свяжется с горячими головами из клана? Возможно, его уже нет в живых. А если он жив, то его схватят янки и повесят. И Эшли тоже!
Скарлетт так сильно сжала кулаки, что от ногтей на ладонях остались ярко-красные следы. И Мелани в состоянии спокойно читать, когда Эшли могут поймать и отправить на виселицу? Когда его, может быть, убили? Но постепенно ровный мягкий голос, рассказывающий о злоключениях Жана Вальжана, успокоил Скарлетт, и она больше не порывалась вскочить и закричать.
