София заплакала. Ей хотелось залатать возникшую между ними трещину, испытывать к отцу не злость и обиду, а любовь и сочувствие.
— Папа, я по тебе скучала.
Джозеф обнял ее и стал покачивать, словно баюкая.
— Я тоже по тебе скучал, зайка. — Он помолчал, не выпуская ее из объятий. — А знаешь, у твоего мужа есть талант.
София отстранилась и вытерла щеки, удивленная неожиданной нежностью, прозвучавшей в голосе отца.
— Ты правда так думаешь?
— Правда. Сегодня мой зять сразил всех наповал.
София прижала руку к сердцу. «Мой зять».
— Ах, папа, я так рада это слышать!
— Хочешь услышать еще кое-что забавное?
Она кивнула.
— Бен уже вошел в семейный бизнес. Компания «Вегас рекордс», между прочим, принадлежит мне.
Они все еще смеялись над этим поразительным совпадением, когда к ним подошли Дебби с Винсентом, а затем и Рикки с родителями. Похоже, в «Шараде» состоялся праздник всеобщей любви и примирения.
Все только и говорили что о вступлении Бена. София почувствовала себя так, словно пропустила самое важное событие года, ее охватило желание немедленно разыскать мужа. Памятуя о том, что Синтия Лопес работает в этом отеле, София попросила ее пустить в ход свои знакомства. Это сработало, и она узнала номер.
Выйдя из лифта на последнем этаже, София была потрясена: под нужной ей дверью с цифрами 1025 стояли Толстый Ларри и Малыш Бо.
— Что вы здесь делаете?
— Мы получили приказ не отходить от Бена, когда он идет в туалет, — ответил Толстый Ларри.
— Да, — подтвердил Малыш Бо. — Босс так и сказал.
Разбираться в этой околесице София не стала, а решительно постучала в номер. Ей открыла Чарли Грант. На актрисе был нелепый наряд ночной соблазнительницы: облегающая ночная рубашка, шелковый пеньюар, отделанный мехом, и босоножки на высоченных, дюймов в шесть, каблуках. Секс-символ позапрошлого десятилетия встретила Софию мрачной миной.
— Это частная вечеринка!
— Была, да только что кончилась, — отрезала та, решительно проходя мимо нее в комнату.
Бена она обнаружила на диване. Он сидел развалившись. Полупьяный, узел галстука ослаблен, рубашка до середины расстегнута. София ткнула в него пальцем:
— Мерзавец!
Бен встал. Он держался на ногах не очень твердо, но по-прежнему пылал праведным гневом.
— Иди домой, крошка. Возвращайся к своему лаку для ногтей.
— Бери смокинг, мы едем домой.
— Тебе на меня плевать! — взревел Бен.
София закатила глаза. Устами ее мужа говорил «Джек Дэниеле», и Бен Эстез явно плохо справлялся с жалостью к себе. Она поняла, что дело очень срочное: муж нуждался в большой чашке горячего крепкого кофе.
— Хватит валять дурака.
Между ними вклинилась Чарли Грант:
— А по-моему, он рассуждает вполне здраво.
София смерила Чарли презрительным взглядом сверху вниз. Волосы явно выиграли бы от вмешательства Реймонда Макларена из салона «Бамбл энд Бамбл». А туфли? Подделка под модель от Маноло Бланика. Дешевка.
— Что ты понимаешь в здравом смысле? Ты выглядишь так, будто отыскала сундук с бабушкиными платьями.
— Чарли хотя бы есть до меня дело, — пробормотал Бен заплетающимся языком. — Она пришла на мой концерт! Это она много лет назад научила меня заниматься любовью!
София побелела.
— Научила заниматься любовью? — Она поняла, что Бен пьян гораздо больше, чем ей сначала показалось. По-видимому, он вообще потерял способность соображать. — Да у тебя просто висел на стене плакат, на котором она была снята в купальнике.
— Идеальная маленькая стерва! — взвизгнула Чарли. София похолодела. — Ты хорошо устроилась в своем маленьком уютном мирке, но скоро этому конец!
Постепенно все встало на свои места.
— Так это ты!
— Эй, Чарли, думай, что говоришь про мою жену! — возмутился Бен. — Всякий, кто видел, как она тратит деньги, знает, что она не идеальна. Не говоря уже о том, что она не сумела нормально воспитать пса и не может бросить курить. А ты знаешь, что у нее самая паршивая коллекция компакт-дисков, какую я только видел? У нее даже есть «Физическое» Оливии Ньютон-Джон! А ты говоришь, идеальная…
— Мы нашли преступника! — закричала София. Она повернулась к Чарли Грант: — Значит, письма — твоих рук дело!
— Я не зря писала, что скоро этому конец!
Чарли достала из кармана халата маленький блестящий револьвер с рукояткой, инкрустированной перламутром.
Кровь Софии превратилась в ледяную воду. «Может, Чарли всего лишь искала друга по переписке? Надо было ей ответить!»
Бен на удивление быстро протрезвел.
— Эй, Чарли, полегче!
Бывшая звезда вытянула вперед руку с револьвером.
— Убить тебя — мой долг, а твою жену я убью для собственного удовольствия.
Бен шагнул вперед и заслонил Софию своим телом. Она замерла, обняв его сзади.
Бен протянул руку:
— Чарли, отдай мне пистолет.
— Не называй меня Чарли!
— Ладно, Элис, Сьюзен, Златовласка, мне все равно, как тебя называть, главное — отдай пистолет, пока никто не пострадал.
— Я — Уборщик. Мне платят не за то, чтобы кто-то пострадал, мне платят, чтобы я убивала.
— Господи!
София взвизгнула. Она знала эту кличку. В среде мафии почему-то все думали, что Уборщик — мужчина. Она не могла поверить, что им оказалась бывшая актриса.
— Сколько человек ты убила?
