Пообедав и немного подремав, насколько это было возможно в такую жару, снова решили поработать с оргтехникой и сверить поступившие данные.
Из всех мест, на которых были расставлены приборы, их заинтересовало только одно. Хоть это и была ничтожно маленькая выемка между тремя большими барханами, зато каждое утро в ней отмечались существенные различия в температуре.
– А ведь там уровень песка выше, чем всюду, – удивлялась Лариса.
– Похоже… – согласился Броди. – Но с уверенностью утверждать это нельзя. У нас ведь нет топографической карты.
– Может, сделаем сами?
– Уйдет масса времени, а когда начнется сильный ветер, наш труд аннулируется.
– Так что ты предлагаешь?
– Подождем новых людей и поставим нескольких на раскопки. Если, конечно, не будет чего-либо более срочного.
– Взгляни на карту, тебе не кажется, что по виду эта ложбинка напоминает восьмерку?
– Да? – Броди присмотрелся. – Действительно! Так и будем ее называть – «восьмерка».
– Чем займемся сейчас?
– Давай начнем составлять подробный план большого котлована. Тщательно перенесем на бумагу все полученные нами размеры.
– Но, мне кажется, – засомневалась Лариса, – данных маловато…
– Конечно! Но мы будем их вносить по мере поступления. Сегодня, завтра, возможно, еще большее количество дней. Эти блоки слишком уж идентичны, чтобы являться деталями разрозненных строений. Мне кажется, они были составляющими одной целой гигантской стены. И если нам удастся рассмотреть в их размещении закономерность, то уже будет легче определить местонахождение фундамента, способного удерживать на себе такую массивную конструкцию.
– Но если это была, как ты предполагаешь, стена, то частью чего же она являлась? Здания или крепостных сооружений?
– В имеющихся у нас текстах не упоминается крепостная стена, возможно, ее не было вообще. В таком случае было бы невероятной удачей сразу же наткнуться на остатки не чего-нибудь, а самого королевского дворца. Будем откапывать полностью каждый камень и даже заглядывать под него. Очистим несколько камней от всех наслоений, чтобы понять – как их обтесывали. Постараемся максимально расширить площадь расчистки, если придется – и в сторону бархана. Попутно начинаем более тщательно исследовать попадающийся более мелкий хлам и твердые осколки. А вдруг попадется среди них нечто уникальное? Это на сегодня…
– А на завтра?
– На завтра у нас ствол! После очистки большего радиуса дна котлована и по возможности всей лежащей стены постараемся ее сдвинуть или расширить входное отверстие. К сожалению, у нас только одна шестидесятиметровая лебедка. Но для первого, пробного спуска вполне хватит.
– И на какой вес она рассчитана?
– И не думай! Ты останешься наверху и будешь подстраховывать меня: я пойду вниз с одним из практикантов.
– Ты боишься за меня или переживаешь, что некому присмотреть сверху? – Тон Ларисы был издевательски-насмешливым. – Я никому не отдам права первой спуститься в ствол доисторической, возможно, шахты!
– Ладно! – Броди тяжело вздохнул. – Доживем до завтра, посмотрим!
– Это ты слишком хитрый! – стала обвинять его супруга. – Думаешь: «До спуска что-нибудь придумаю и все равно сделаю по-своему». Не выйдет! Я заместитель руководителя экспедиции и, если надо, могу напомнить, что и генеральный спонсор. Поэтому сама решаю в принципиально важные моменты, что мне делать.
– Ой, простите, извините! – стал расшаркиваться ее муж. – Может, возле вас и дышать нельзя?
– Когда будет нельзя – я скажу! А пока хочу напомнить о полном среди нас равноправии!
– Чего ты на меня кричишь? – Он поймал пытающуюся вывернуться жену за талию и притянул к себе. – Просто такой ответственный момент, как страховку, обычно доверяют только самым близким и проверенным людям.
– Вот и отлично! Тогда я спущусь вниз, а ты останешься наверху.
– В целях безопасности – не возражаю! – неожиданно легко согласился Броди. – Но все равно решать будем завтра, когда увидим, все ли готово к спуску. А сейчас берем молотки и идем в большой котлован отбивать накипь столетий с «красивых древних камешков».
– Сувениры для папы? – заулыбалась Лариса.
– А как же! Надо стараться, коли пообещала!
