- Наоднипятёрки. Мне не хваталоуроковматематики, так что я для развлечения разгадываларебусы.А ты?Какойбыл твой любимыйпредмет?
- Ораторскоемастерство.
- Ужеимел склонности к политике? - Я повернулась на бок, посмотрев ему влицо.
Теперь наша беседа казалась ещё более интимной.
- Больше меня это неинтересует.Возможно, я займусь бизнесом вместе со старшимбратом,если онсогласится.
- А онможетнесогласиться?
- Мы друг для друга были почти чужими. Он ушёл из дома,когдая был ещё очень юн, и за это яегоненавидел. Долгиегодыон подозревал, что я строюкознипротив него. И нескажу,что он был совсемужнеправ.
- Жалко.Но сейчас всё изменилось?
- Мы разговариваем, этоужедостижение. У меня более близкие отношения с младшимбратом,- сказал он. - А утебяесть братья илисёстры?
Я поколебалась. Мне представлялось порой, как подробности моей жизни загружаются в поисковик. А на выходе он выдаёт моё имя, если набралось достаточно данных.
Севастьянов уже кое-что знал. Испано-говорящая женщина, около двадцати шести лет, без высшего образования, оба родителя умерли.
Могу ли я добавить тот факт, что была
- Уверена,что моя семья совсем не интересна, если сравнивать её с твоей. Давай поговорим очём-нибудьменее скучном. - Я снова подняла бокал.Неужелитамужепусто?
Он с готовностью его наполнил.
- О чём,например?
- Осексе?
- Я собираюсь сделать исчерпывающее заявление - наш секс мне нравится.Уверен,что и тебетоже. Сегоднятынесколькораз прикасалась к моей спине. Даже царапалаеё.
-
Левыйуголок егортапоползвверх .
- Янесказал,чтотыдолжнаэтопрекратить.Ядумал,меняэтобудетраздражать,нонет.Я знаю, что ты забылась, и я наслаждался втотмомент каждойсекундой.
Я выдохнула.
- Тыменя напугал. Думала, заставишь меня носитьперчатки.
- Этоготы боялась? -Под одеяломон положил ладонь на моё бедро, ленивопоглаживаябольшим пальцем. - Я думал, шрамы тебебудутнеприятны.
- Это не так. К твоей спине япривыкну,чего
Он одарил меня широкой победоносной улыбкой. Протянув руку, я обхватила ладонью его лицо.
- Мне нравится твояулыбка.
- Всеговорят,что я очарователен, но мой смех илиулыбкинеестественны. Я спрашиваю себя
- Правда? - в жизниегоулыбка
Вскореон последовал за мной, заключив меня вкольцосвоих рук, прижав спиной к краю бассейна. Отводыподнимался пар, размывая огни, заставляяего глазацветаморскойволны сиять.
- Когда ты двигаешься, попка и бёдра у тебя так покачиваются... это словно откровение.
Я сглотнула, положив руки ему на плечи, обхватив ногами его бёдра. Он медленно на меня накатился.
- Почему я не могу перестать дотрагиваться дотебя?
Мы молча смотрели друг на друга, когда он вошёл в меня. Что-то между нами происходило. Больше, чем секс. Что-то, чего раньше я никогда не испытывала. Мне хотелось кончить; хотелось плакать; я должна была разгладить его брови и стереть это поражённое выражение с его лица.
- Максим?
Он смогтолькомедленно кивнуть, принимая...
- Произнеси моё имя со своимакцентом. Потёршись оегощёку,япромурлыкала:
- Максим.
- Скажи, чтохочешь,чтобы я трахалтебяименно так. Я прошептала, тяжелодыша:
- Мне нужно... чтобы ты трахал меня... именно так,Максим.
- Скажи, что я трахаютебялучше, чем любойдругойв твоейжизни.
- Максим, ты трахаешь меня... лучше, чем любойдругойв моей жизни. - А затем он это доказал. И,потом,уткнувшись губами вегошею, чтобызаглушитькрик, я гадала, можно ли вкого-товлюбиться всего за однуночь.
Глава 12
Ужесветало,когдая проснулась, лёжа намужской груди.Моргнула,не понимая,гденахожусь.Какогочёрта...
Глаза у меня округлились. Я лежала в постели русского! Прошедшая ночь была словно в тумане. Я едва сдержала стон, поклявшись, что никогда больше не буду пить.
Я приподнялась на локте, чтобы на него посмотреть. Он спал на спине, одной загорелой рукой обнимая меня, вторую подложив под голову. Я едва не всхлипнула.
Каким будет Максим этим утром? Станет ли вести себя так, словно ничего не случилось? Будет ли смущён тем, сколько лишнего мы выпили и сказали? И что я увидела его шрамы?
Аможетбыть, он бросит на менятот взгляд,как в день нашей первой встречи,когдаон процедил "ты ещёздесь?"
