— Что ж, Аарон! Добро пожаловать в вечные льды! Это поле боя просто создано для героя равнины Куш, который в пустыне с войском крестьян сумел победить опытных воинов, — Длиннорукий указал на небольшой, наполненный песком ящик. –Иди сюда, я покажу тебе, как у нас обстоят дела, — он провел линию двумя пальцами. — Это река. Теплая вода в ней и обеспечивает ту стену тумана, — третья линия пересекла две первые. — Это мост. Всего шагов сто от нашей юрты. Он достаточно широк, чтобы по нему могли пройти в ряд пятеро мужчин.
Длиннорукий постучал пальцами по песку, изображавшему конец моста на другом берегу.
— Здесь у них стоят копьеметы и лучники. Выходишь из тумана — попадаешь под смертоносный обстрел. А если кто доходит до конца моста, его встречают там великаны, уничтожающие всех, кому удалось выжить. Как бы ты решил проблему?
— Мы ведем себя именно так, как они того ожидают, — задумчиво произнес Артакс. — Если хотим победить, нужно застать их врасплох. Есть ли брод через реку?
— Думаешь, мы настолько глупы? — возмутился бессмертный Мадьяс, подойдя к столу. — Здесь нет ни второго моста, ни чертова брода. Мои люди могли бы переплыть реку верхом, если бы не эти чудовища, готовые растерзать все, что войдет в воду. Кажется, их привлекла текущая в море кровь. Их становится все больше и больше.
— Сколько врагов ждет нас на другом берегу?
— Две, три сотни, — Длиннорукий пожал плечами. — Мы точно не знаем. И эти великаны — еще не самое худшее. Вскоре после моего прибытия через врата между мирами явился дракон. Очень большой. Он еще в сражение даже не вмешивался.
Артакс задумчиво поигрывал бородой.
— А что это там такое строят?
— Летучие башни, — пояснил девантар. — Цапотцы хотят посадить на них своих воинов-орлов. Тогда они смогут пересечь реку на бреющем полете.
— Это может сработать?
Длиннорукий скривился.
— Цапотцы уверены в этом.
— Как обстоят дела с моральным духом?
— Так себе. Мы провели три атаки и трижды потерпели поражение. Об этом известно всем в лагере. Когда мы посылаем людей на мост, они идут, готовые умереть, не победить. Вот и все...
— Чушь! — вмешался Мадьяс. — Мои всадники, не колеблясь, пойдут в атаку снова, если я прикажу им!
Длиннорукий закатил глаза, но ничего не сказал.
— Никто не сомневается в мужестве ишкуцайя, — примирительным тоном произнес Артакс. — Но для начала мы должны изменить некоторые принципиальные вещи. Наши убитые не должны лежать на дороге, по которой в бой идут новые войска. Это сразу же наносит ощутимый удар по морали войск. Я хочу, чтобы их убрали оттуда сегодня же. Куда-нибудь, хоть выше по течению. Туда, где на них не будут постоянно натыкаться. После этого нужно организовать общий лагерь для всех раненых. Тоже на некотором расстоянии от основного лагеря. Нужно собрать все наши силы в кулак. Ты серьезно ранен, Володи?
Бывший капитан его лейб-гвардии приподнялся на ложе.
— Да так, в принципе, просто царапина. Завтра я смогу сражаться снова.
— Я исцелю его, — проворчал Великий Медведь. — Но это не просто царапина. У него сломаны три ребра, и ему страшно повезло, что обломками не проткнуло легкие.
— Мне не впервой ребра ломать, — проворчал Володи. — Тугая повязка — и завтра я снова буду в строю.
Артакс ни минуты не сомневался, что так и будет. Володи будет сражаться, даже если на поле боя его придется нести на носилках.
— Ты у нас кто, целитель или полководец? — поинтересовался Мадьяс, ударив ладонью по рисунку на песке. — Как нам победить здесь, Аарон, правитель всех черноголовых?
— Для начала нужно построить катапульты, — Артакс был твердо исполнен решимости. Не поддаваться на провокацию. Он перевел взгляд на Длиннорукого. — Двух-трех катапульт будет недостаточно. Их должно быть не меньше двадцати. Еще нам понадобятся горючие снаряды.
— Ты собираешься стрелять наобум? Что за чушь? Демоны прячутся за пеленой тумана. Мы не увидим, попали мы или снаряд пролетел мимо.
— Я исходил из того, что ты достаточно мудр, чтобы понять более глубокий смысл данного мероприятия, Мадьяс, — иронично отозвался Артакс. Ему было неприятно выслушивать оскорбления от человека, которому не пришло в голову ничего умнее, нежели провести бессмысленную лобовую атаку конницы на хорошо охраняемый мост.
Лицо князя степей побагровело, на виске забилась толстая жилка.
— Слушай сюда, надутый...
— Нет, слушать будешь ты, — холодно перебил его Артакс. — Причем ровно столько, пока не предложишь что-то дельное, что заслуживает моего внимания. В противном случае будешь молчать. А если тебе этого не дано, мы можем выйти из шатра и раз и навсегда решить этот спор на мечах, после чего ты замолкнешь навеки. Ты не первый выскочка, именующий себя бессмертным, которого я остановил. Ты ведь помнишь судьбу Муватты, правда?
Мадьяс расстегнул пряжку на перевязи и уронил ее на пол.
— Мы не будем решать это на глазах наших воинов, а выясним все прямо здесь, в юрте.
— Что, боишься, что я перережу тебе горло, если мы воспользуемся мечами?
Мадьяс поднял кулаки.
