— Думаешь, если командовать битвой будешь ты, атака на мост наконец увенчается успехом? — поинтересовался Великий Медведь, отвернувшись от ложа Володи.
— На этот раз мы поступим иначе. Мы дадим им столько целей, что они не будут знать, куда стрелять. Впрочем, для этого потребуется чуть больше скоординированности, чем раньше. План у меня такой...
Когда он закончил, в шатре воцарилось одобрительное молчание. И только Львиноголовый не был до конца убежден.
— Твой план хорош, бессмертный Аарон, но есть кое-что, что ускользает от нашего понимания! Я наблюдал за последней атакой ишкуцайя. В тумане что-то было. Не на мосту и не в реке. Кажется, оно нематериально и питается последней силой умирающих. Заклинания, подобного этому, я не видел еще никогда. Там, снаружи, есть сила, не вписывающаяся в наши планы. Нужно быть осторожнее.
— Но возврата нет, — напомнил Великий Медведь. — Если необходимо, я сам перейду мост и поведу своих друснийцев.
— А я пойду с тобой, — слабым голосом произнес Володи.
Артаксу вспомнилась кошмарная резня на равнине Куш. Там его планы тоже не совсем сработали. Несмотря на то что Муватта был жестоким и тщеславным правителем, он оказался очень способным полководцем.
— Ни одна битва не происходит по плану, — меланхолично произнес Артакс.
Перед глазами у него стояло лицо Нарека, друга юности, вспомнился его маленький сын и то, как храбро вел себя Дарон в ту ночь, когда он принес ему известие о гибели отца. Нарек стоял в одном из самых безопасных мест в битве. Его окружали воины, защищавшие его и штандарт, который держал Нарек. И, несмотря на это, смерть нашла его друга.
— Если атаковать будем мы, неожиданностей будет меньше, — твердым голосом произнес он. — Нельзя в первом же сражении уступать демонам. Если других предложений нет, то поступим так, как предлагаю я.
Под обстрелом
— Осторожно! — Крик Айлин взорвал ночную тишь.
И почти в тот же миг что-то разбилось шагах в десяти за спиной Галара, в снегу запылало яркое пламя. Карлик сонно заморгал. Поток пламени потек по берегу в его сторону. За пеленой тумана послышался глухой звук, словно кто-то ударил кулаком по кожаной обшивке. Спустя два удара сердца пламя брызнуло за лагерем троллей.
— Катапульта, — Нир смотрел на него широко открытыми глазами. — Они построили катапульту.
— Гроц! — воскликнула Айлин. — Поднимай своих ребят. Нужно отвести копьеметы подальше.
— Зачем? — Тролль поглядел на небо, где словно падающая звезда летел огненный шар.
— Потому что они сгорят, идиот! Нужно оттянуть их от берега. Нужно… — С неба отвесно рухнул огненный шар. И на этот раз он разбился прямо посреди тролльского лагеря. Горячее масло брызнуло из расколовшегося снаряда. Задело нескольких троллей. Заорав, они стали хлопать себя по серой коже, объятой язычками пламени.
— Падайте в снег! — спокойно приказала Айлин, несмотря на то что с того берега снова послышался глухой удар, а в небо по крутой дуге взметнулся новый огненный шар.
Большинство троллей эльфийку не слушали. Некоторые просто колотили по ожогам своими массивными руками. Другие бежали в реку, чтобы броситься в воду, но вскоре и оттуда стали доноситься ужасающие крики, и никто из троллей не вернулся.
Следующий снаряд пролетел мимо. Он ударился о землю в более чем десяти шагах от их орудий.
Они ориентируются по огням и нашим крикам, заорал Нир, перекрикивая троллей. — Нужно кричать, когда они мажут, и сохранять спокойствие, если попадают.
— Да ты спятил! Как ты прикажешь сохранять спокойствие горящим троллям? — поинтересовался Галар, краем глаза наблюдая за реакцией Айлин. Судя по всему, она тоже услышала совет мастера по орудиям, и карлик отлично представлял себе, какие выводы она сделает из его предложения.
— Они нас не видят. Разве что слабые отсветы пожаров. Но в первую очередь они ориентируются на слух. На это вся надежда. Мы можем обмануть их, если... — упрямо повторил Нир.
— Он прав, — поддержала Айлин и вдруг побежала по берегу. Всего через удар сердца там, где она только что стояла, разбился очередной снаряд. Глиняный сосуд с грохотом раскололся на утоптанном снегу. Он был обмотан сеточкой из промасленных пеньковых веревок. Веревки загорались сразу же, как только разбивался горшочек, поджигали горячее масло, разбрызгивавшее пламя во все стороны. Снег с шипением таял. Вниз к реке потекли ручейки пламени.
В промерзший снег ударил еще один глиняный сосуд. Огненный цветок расцвел почти в двадцати шагах от последнего орудийного расчета.
— Кричите! — приказала Айлин. — Давайте, кричите! Первым выполнил ее приказ Нир. Он заорал так, словно ему вонзили в живот меч. Следующим был Че, затем крики подхватили и остальные.
Галару это казалось глупым. Может быть, это и разумно, но почему-то он так поступить не мог.
На берегу разбился еще один снаряд. На этот раз он был нацелен как следует, разбился посреди отряда кобольдов. Крики, которые еще только что звучали натужно и искусственно, стали искренними.
