Сквозь деревья она видела свет в доме пасечницы. Два маленьких золотистых окошка в безыскусном доме с низкой крышей, подводосточными желобами которого вдоль стены дома лежали поленья. Дом пасечницы стоял на поляне, поросшей дикими цветами. Здесь еще чувствовался запах лета, а в Снайвамарк уже пришла зима. Ливианна села на поваленный ствол дерева, спрятанный под нависающими низко ветвями, отчетливо увидела у ульев девочку в желтом платье. Малышка находилась от нее на расстоянии менее тридцати шагов. Звонким голоском она пела колыбельную пчелам.
В мыслях эльфийки всплыли слова песни, которую она пела своим детям:
Ливианна закрыла глаза и полностью сосредоточилась на заклинании, которым так радовала своих детей. Она прошептала слово силы и представила себе крохотную точечку яркого света, мысленно заставила ее заплясать, оставляя за собой в сумерках яркие медовые линии. Все быстрее и быстрее, линии превращались в плоскости, затем в фигуру. Когда она снова открыла глаза, перед ней в воздухе плясала бабочка. Создание из нежного света, полностью послушное ее воле.
Эльфийка выпустила бабочку из лесной тени и направила ее к стоявшим на краю опушки ульям. Затем поднялась и встала под сосной.
Вскоре она услышала, что девочка в желтом платье перестала петь.
Ливианна подождала немного, а затем мысленно велела бабочке возвращаться обратно в лес. Как и предполагалось, девочка побежала за ярким миражом.
Ливианна посадила светящегося мотылька на поваленный ствол, на котором только что сидела.
— Наконец-то ты ждешь меня, — раздался звонкий голос. — Я никогда не видела такой красивой бабочки. Откуда ты взялся?
Прежде чем малышка догнала мотылька, Ливианна заставила его снова взлететь, а затем вышла из-под сосны.
— Вот ты где, мой беглец!
От испуга девочка остановилась и уставилась на нее широко открытыми глазами.
Ливианна вытянула перед собой правую руку и заставила мотылька грациозно опуститься на ладонь.
— А ты кто? Неужели мой беглец нашел себе маленькую подружку?
Вместо ответа девочка судорожно сглотнула.
Ливианна опустилась на колени, чтобы глаза их оказались на одном уровне.
— Я напугала тебя? Прости, пожалуйста.
— Ты... чародейка?
— Да, я чародейка, — приветливо ответила она. — Этот маленький мотылек сплетен из магии и моих снов.
— А можно мне подержать его на руке?
Ливианна улыбнулась.
— Конечно. Протяни руку, — и она направила мотылька к девочке, сплетя еще одно заклинание, еще больше усилившее ощущение счастья, охватившее малышку, когда сотканное из света существо коснулось ее.
— Он так красив! Как ты это сделала? — Она смотрела на нее ясными, небесно-голубыми глазами. Узкое личико пылало восторгом. Первая робость была забыта. Ливианна поглядела на девочку Незримым оком. У малышки был дар. Не особенно ярко выраженный, но она сможет стать чародейкой, если кто-то будет развивать этот талант.
— Нужно много времени и терпения, чтобы изучить искусство плетения чар.
— Так же, как для того, чтобы научиться читать и писать?
Ливианна невольно рассмеялась.
— Боюсь, еще больше. Но я уверена, что у тебя получится. Я чувствую твой дар.
— Ты будешь учить меня? — вырвалось у малышки.
«Как легко получилось», — озадаченно подумала эльфийка.
— Ты пойдешь со мной? Кстати, как зовут тебя?
— Мирелла, — маленькая эльфийка обернулась и поглядела на поляну. Уже почти стемнело. Отчетливо видны были лишь два светящихся окна.
— Уже поздно. Моя мама будет волноваться...
— Чтобы стать чародейкой, нужно некоторое мужество, Мирелла. Ты должна принимать решения самостоятельно. У меня есть целый зал с бабочками из света. Если взлетает сразу много, звучит мелодия, от которой на сердце становится веселее. Я так и не сумела понять, как у них это получается. Но возможно, мы сумеем разгадать эту тайну вместе.
- У тебя есть целая комната с бабочками?
- Не комната. Это зал, больше хижины твоей мамы.
- Такой большой! Как дворцы на утесах Милаля? Я уже три раза была в городе. Мама иногда ходит туда, продавать мед.
- А твой отец? — Ливианна тоже поглядела на поляну. Нужно поторопиться!
Мирелла судорожно сглотнула.
— Он... Мой отец умер. Утонул. Он был капитаном на одном из кораблей, которые ходят из Милаля к далекому озеру Лотосов, — она негромко всхлипнула. — Три года назад. И я начинаю забывать, как он выглядел. Его лицо расплывается в моих воспоминаниях, — теперь по щекам ее бежали слезы. — А ведь я не перестала любить его.
Ливианна нежно коснулась рукой плеча девочки.
- Я могу помочь тебе. Я знаю заклинание, которое навсегда оставляет воспоминания в нашей памяти.
- Правда?
- Для этого нам понадобится кристалл из моего дворца. Он усиливает воспоминания. Ты же говорила, что уже почти начала забывать его.
Мирелла безудержно разрыдалась.
- Да... Это я виновата в его несчастье. А теперь еще и забывать его начинаю! Я не хотела этого!
Ливианна вытерла слезы малышки краешком холщового мешка.
- Пойдем, — она с тревогой поглядела на поляну. Мать Миреллы наверняка вскоре выйдет искать дочь.
