У нас пять минут, мы переглядываемся с Бертой, в ее глазах вижу мучительное колебание. Она не хочет идти. Клайд уже отвернулся и вместе со всеми идёт на берег, готовить взрыв. Роберта не отрывает от него влажно заблестевшие глаза, кусает губы. Я уже знаю эту ее манеру, если делает так — значит изо всех сил сдерживается. Внезапно мелькнула совсем неожиданная мысль, Господи, убереги меня от такой любви… Я не выдержу, просто не выдержу такого, если доведётся. Как она живёт с этим, каково им с Клайдом? И ещё эта история с перевоплощением… Вздыхаю, скорее бы все закончилось. Хочу забрать Роберту, посадить в автомобиль, и поехать. Хоть на Двенадцатое, хоть в ''Казино'', хоть… Не знаю, куда. Да просто посидеть мороженого поесть. Вчера ночью долго болтали в палатке, никак не могли уснуть. О разном… Смеялись, забыв на время, зачем мы здесь, забыв о Кэтрин и ее убийце. Роберта очень смешно рассказала о визите к врачу, и как они с Клайдом ели мороженое в Гловерсвиле. Да уж… А фразочку про ''больше-меньше'' я запомню, может пригодиться. Думала, умру от смеха… Но каков действительно охальник наш новый Клайд, ужас… Роберта рассказывала, забавно округлив глаза, но видно, что она мужа обожает и ей нравится. Вот интересно, от того, исчезнувшего Клайда, так и несло похотью, эти его масленые взгляды… Бывало противно, и не подавать виду помогали только воспитание и манеры. И при этом он всегда был вежлив и ничего себе не позволял, даже с Сондрой, я это точно знаю. А сейчас… Вот, Берта рассказывает, он такое может ей сказать, что она иногда готова сгореть от смущения. И при этом — ничего похожего на прошлую брезгливость, и взгляд у него твердый, прямой и внимательный. Я совсем неопытна… Так, мимолётные объятия, пара поцелуев без особой страсти. Было раз, один попытался зайти дальше, я ничего не позволила. И все. Берта, конечно, очень, и даже слишком впечатлительна, все принимает близко к сердцу, может и заплакать, и раскиснуть там, где я только рассержусь или просто посмеюсь. Вспомнить хоть ''Спенсер'', ну что такого я ей сказала, в принципе? Нет. Об этом не хочу. Оно в прошлом, пусть там и остаётся. А вот об этом если… Смотрю на Берту с какой-то даже завистью. Она меня старше, замужем и уже ждёт ребенка… Вчера вечером она вернулась из леса, куда они от всех улизнули с Клайдом, такая сияющая и веселая, что я все поняла. И не удержалась, спросила кое-что о… Берта, Берта… Покраснела, как маленькая девочка, смутилась и не захотела ни о чем говорить. Я даже обиделась ненадолго, а ещё подруга… Кого мне, если что, спрашивать, Гертруду? Она ещё с куклой спит, это наш большой секрет…
Я слишком задумалась, глядя, как Роберта смотрит вслед Клайду, мысли промелькнули быстрой чередой, и я возвращаюсь на опушку леса. Хватит, Джил. Все — потом. Сейчас — наверх, хочет Роберта или нет. Тихонько говорю ей, дотронувшись до плеча.
— Берт, идём.
Осторожно беру ее за руку, она ничего не ответила, кивнула, и вот мы поднимаемся по узкой извилистой тропинке. Поворот — и нас окружил густой сосновый лес, дорога начала забирать вверх, вдоль неровной скалистой стены. На шее Роберты висит бинокль, она крепко прижимает его к себе, чтобы случайно ни обо что не ударить. На ходу спрашиваю, показав на него.
— Откуда он у тебя, Клайд дал?
Она с улыбкой покачала головой, поднимаясь следом за мной по становящейся все круче тропинке. Протянула ей руку, Берта осторожно переступила через торчащий корень, положила ладонь на живот. Я вчера случайно подглядела, когда она переодевалась на ночь, уже видно беременность. Так необычно… Опять я унеслась куда-то, только бы не думать о том, что происходит сейчас внизу. Вершина уже совсем близко, мы хотим успеть до того, как они начнут, чтобы все увидеть.
— Отдохни немного, Берт. Как твой живот, как дочка? Вот, попей.
Она благодарно кивнула, отпила несколько глотков воды из протянутой мной бутылки. Вытерла вспотевший лоб и вернула воду мне.
— Ты тоже пей давай, Джи, — ее интонация очень похожа на клайдову, когда он начинает командовать, я хихикнула, приложившись к горлышку.
— Ты уже командуешь, совсем как Клайд.
Она кивнула и с забавной важностью произнесла, явно копируя мужа. Получилось не очень, зато смешно.
— Это называется ''водная дисциплина''! — Берта что-то вспомнила и добавила, — ещё в первые дни, на фабрике… Я ничего не ела и не пила целыми днями, ну… Экономила на роды и ребенка.
Я внимательно слушаю, когда она так начинает рассказывать, мне интересно каждое слово, это ее жизнь, это… Это ее мир, в который я так неожиданно попала. Мы уже вышли на вершину, залитую лучами утреннего солнца. Роберта продолжает, медленно подойдя к обрыву, я взяла ее за руку и остановила. Слишком близко.
— Я зашла к нему к конторку, он так на меня кричал, Джи, представляешь?
Удивлённо поднимаю брови, Клайд? Кричал? На Роберту? Невозможно. Последнее слово произнесла вслух, она усмехнулась.
