-Шаман, отъебись, я нынче атеист. – Заявил Шкет. Представитель северных народов, в ужасе отшатнулся. Даже побледнел и стал озираться…, приболел что ли?
-Осторожнее с такими словами! – Буркнул Шаман. – Духи слышат и всё помнят – они могут обидеться и тогда…
-На обиженных воду возят и сам знаешь, что повдоль спины кладут. – Шаман ойкнул и поспешил отойти в сторону, словно боясь, что Шкета прямо сейчас молнией убьёт, да его случайно заденет. Шкет поморщился и быстрым взглядом прошёлся по лицам вампиров. Все насторожены, не всех он знает. Но именно ему выпало счастье этих уёбков друг с другом знакомить! Спасибо Лена! Спасибо Штык! Вот за что вообще?
Но ничего не поделаешь, придётся.
Шкет привлёк к себе внимание резким хлопком и объявил, что пора хлопнуть за знакомство.
-Я не сяду за один стол с этими неверными псами!
-Хасан.
-Что, неверный пёс?
Вместо ответа Шкет поднял руки, и когти медленно вылезли из пальцев. С пары коричневых когтей, упали капли водянистой жидкости – сукровица простая, но со стороны казалось, словно когти смазаны каким-то ядом. Судя по взглядам, замершим на его руках и хмурым лицам, народ начал прислушиваться. Первый, так сказать шаг, в светлое будущее.
Кстати, хорошо, что перестал пользоваться той грёбаной мазью от грибка. Кончики когтей, снова стали коричневыми. Теперь они снова выглядят грозно.
Народ, с неохотой расселся по столам, Шкет скомандовал наливать и зажурчала она родимая!
-Коран запрещает мне пить спиртное. – Сказал один из вампиров.
-Тебе можно пить, ты не мусульманин, ты – неверный пёс, как и все они!
-Хасан!
-Неверный! – Взвыл вампир, отказавшийся пить. Поднялся из-за стола, схватил вилку и рявкнул громко. – Убью! Аллах Акбар!
И кинулся через стол. Спустя минуту, Хасан стоял у стены, с вилкой во лбу, а у его ног валялся тот самый вампир, чисто славянской внешности. С головой свёрнутой на сто восемьдесят градусов.
-Так…, - почёсывая затылок, проговорил Шкет. – И чего мне с вами делать?
-Сакэ. – Подала голос миниатюрная девушка в маленькой шляпке с красивым разноцветным пером, воткнутым в шляпную ленту. Она подняла рюмку и улыбнулась. – Пись. Сакэ.
-Чего? – Удивился Шкет.
-Пись. – Повторила девушка. Нахмурилась, пожевала губами и по слогам сказала. – Пи-ть.
-Ну да, мысль верная… - Согласился с ней, Шкет, нынче в роли распорядителя застолья. Мысль конечно, правильная, это да, но как это всё оформить, так что бы они друг другу кишки не выпустили? И японка эта, по-русски почти ничего не понимает. Еле-еле говорит.
Может Лене позвонить? Соню бы, да опять они с Арчи по миру шатаются, ведомые его видениями, коллектив собирают…, он вдруг подумал, что их всего в мире сто штук. Тут десяток собрался, и вот-вот потасовка начнётся с участием всех присутствующих. А что будет, если всех собрать? Всё-таки, надо их держать как можно дальше друг от друга…, взгляд Шкета замер на одном из присутствующих. Сидит молчком, иногда поглядывает на остальных. Тоста он дожидаться не стал – уже третью намахнул и закусывает. Наш человек!
Как его звать интересно? Попытался вспомнить инструкции Лены…, так. Японка должна быть в коллективе. Раз японка, значит, похожа на таджиков. Они армяне все такие. Так. Казашка. Её он знает, она японка, на самом деле, хотя и не понятно, зачем одинаковые люди, стали называть себя по-разному. Что казахи, что японцы – один же хрен. Странные они какие-то…, из женщин тут только она, это плохо, надо бы им побольше женщин, что б обстановку разрядить. А звать её как? Вот тебе и раз – забыл…, Харя? Хуяря? Кхм…, как-то так, но как конкретно, вспомнить не получается. Сложное слово, ну так! Японское же, оно и понятно. Ещё какой-то узбек тут должен быть. Не Хасан, какой-то другой армянин. Но тут вроде больше никаких таджиков нет. Тогда кто из них узбек?
-Узбек кто?
-Я чеченец! – Немедленно взвыл только что восставший из мёртвых мусульманин, по мнению Хасана, таковым не являвшийся.
-Так, с первым познакомились…, о! – Шкет встал, поднимая рюмку. – Первый тост и он же указание к действию, вкурили? – Раздался нестройный гул, в основном матерный. – Короче, за знакомство! – Выпили, закусили. Узбек и Хасан, молча на него смотрят, с разных концов стола…, интересно, зачем столов три? Все ведь за одним поместились…, кроме одного. Какой-то странный мужик, в обтягивающей алой майке и таких же джинсах. Чем-то он смутно знаком.
-Слышь, братуха, ты чего на отшибе? Давай к остальным садись.
-Мне нельзя. – Парень шмыгнул носом, вытер его рукой и пожаловался. – Тот большой, грубый мужчина в плаще, запретил мне садиться с остальными. Сказал, простите, вырвет мне кадык, через, простите, попу, если я сяду за один стол с неким Шкетом. Я бы с радостью пересел, но этот неандерталец очень опасный человек. – И чуть ли не шёпотом поведал. – У него пистолет есть.
Шкет сел обратно, налил ещё рюмку. Нахмурился – и голос знакомый. Кто это такой вообще?
-Он голубой. – Подал голос тот самый, что пил в одиночестве, не дожидаясь других.
-Кто?
-Петух он. – Пояснил парень, более понятным языком.
