А северянин сделал зарубку в памяти, отметив очередной вопрос, который хотел бы задать Прежнему: что тот действительно думал о все участившихся прорывах и были ли они связаны с Временем Хаоса? Подобных вопросов у северянина скопилось уже не одна сотня. Осталось найти способ вытянуть из Прежнего ответы…
Что-то шевельнулось на краю сознания и внутренний горизонт знакомо изменился.
– Скоро сюда явятся Вольные, – сказал Арон, – где-то к рассвету. Отдыхайте пока.
Посмотрел на Кирка, который устало присел к костру. Можно было отложить расспросы. Или нет…
– Кирк? – спросил Арон негромко. Южанин вскинул голову.
– Рассказать сейчас? А и расскажу. Тем более что они молчать не будут.
– Они?
– Оборотни.
Остальные наемники переглянулись, а Арон сдвинул брови. Он начинал понимать, какой окажется история Кирка.
– Может быть, вы слышали, что иногда у Вольных рождаются странные дети. Странные они, правда, только для оборотней. – Заговорил Кирк. Ухмыльнулся, будто рассказывал шутку и предлагал другим тоже посмеяться. – Эти дети не умеют перекидываться. В них нет духа зверя. Они просто люди. Обычные слабые человеки, родившиеся от волков.
– Ты… – протянул Арон.
– Я, – Кирк кивнул. – Мой отец надеялся, что дух волка все же проснется. Что я перестану быть позором племени и его личным позором. Когда мне исполнилось четырнадцать, он понял, что этого точно не случится.
– И тогда тебя решили изгнать?
– Нет, меня решили убить. Выродков всегда убивают. Но вмешался жрец Серой Госпожи – он гостил тогда в нашем племени. Сказал, у Богини на меня особые планы. Моя славная родня уже настроилась на другой исход, такое разочарование... Но решению жреца они подчинились.
– Значит ты этот, из зверей, но сам не зверь. Да еще и любимец Смерти. Про господина Тонгила я даже не говорю. Ну и компания подобралась. Может, еще кто из вас такой же ненормальный? А? – Бракас подчеркнуто отодвинулся от Кирка и теперь подозрительно оглядывал каждого из отряда.
– Хорошая компания, – не то согласился, не то возразил Инис.
Хорошая – подумал Арон. Очень хорошая. Подросток – маг-недоучка. Наемник – несостоявшийся слуга Смерти и при том недооборотень. И он сам – недомаг, недоТемный, по сути – самозванец. У кого-то из богов оказалось весьма извращенное чувство юмора. И Арон догадывался, у кого именно.
Часть 2 Глава 19
Нита приходила играть каждый раз, когда господин Митрил отлучался по делам. На расспросы Альмара пожимала плечами:
— Ну что ты как глупый! Конечно же, я знаю, когда Мэль тут, а когда не тут. Еще бы я не знала!
Они играли.
Часть этих игр была обычной – прыжки через веревку (Нита оказалась очень запасливой), прятки в высокой траве (Нита обещала не пользоваться магией для поисков и слово держала), создание красивого глиняного замка с принесенными Нитой осколками хрусталя для окон...
Часть — странной.
Например, как сейчас, — небесные салки.
Альмар перепрыгнул на очередную парящую в воздухе глыбу земли, взмахнул руками, удерживая равновесие. Оглянулся. Нита пока отставала. У ее изящных туфель оказалась скользкая подошва, а играть босиком, как Альмар, девочка не захотела.
– Ой! – маленькая чародейница больше не скакала с глыбы на глыбу. Вместо того вытянулась во весь рост, вглядываясь куда-то вдаль. – Ой-ей-ей! Кажется, меня нашли… Еще увидимся! – подпрыгнула и исчезла.
Альмар посмотрел туда же, но ничего, кроме чистого горизонта, не увидел. Вздохнул – Нита была забавная и с ней было весело, но это не делало ее менее странной.
Пласты земли, включая и тот, на котором стоял мальчик, поплыли, медленно покачиваясь, туда, откуда забрала их магия Ниты, и ровнехонько легли на свои места.
Альмар сошел со своей глыбы и пошатнулся – после ненадежной поверхности твердая земля будто тоже норовила накрениться. Сел рядом с уже погасшим костром и закрыл глаза, слушая Степь. Последнее время, оставаясь в одиночестве, он все время слушал ее. Этому научил его господин Митрил. Первый шаг к тому, чтобы говорить с духом зверя… Дальше первого шага продвинуться пока не удалось.
Сегодня Степь звучала чуть иначе, чем обычно. Самую малость иначе. Было ли это связано с теми, кто искал Ниту? Нужно было спросить господина Митрила, что это изменение означало, — и не проговориться о существовании девочки.
*****
Уже который день Мэа-таэль изучал стойбище тууров. В отличие от всех стойбищ, увиденных им за прошедшие недели путешествия, это выглядело идеально нормальным. Юрты, расставленные почти по кругу, почти правильно, но все же слегка хаотично — туурам всегда было сложно соблюдать должный распорядок. Вопящие дети. Кричащие на них женщины. Собаки, лающие не со зла, а от избытка чувств. Шаман, чем-то занятый у костра, разведенного в самом центре стойбища…
Потом, в который уже раз, полуэльф повернулся к западу.
