Он словно намеренно изменил рабочую позу так, что теперь она могла лицезреть лишь его не менее привлекательную голую спину и отлично сидящие по фигуре джинсы, не оставляющие возможности усомниться, что ноги данного индивида так же крепки.
Из оцепенения Марьяну вывела Ева, которой надоело её ждать.
– Слушай, – прошептала она ей на ухо, – я не думала, что ты поймёшь мой сарказм буквально и начнёшь немедля искать «Шурикозаменителя». Хотя… Внешне твой благоверный явно ему проигрывает, хороший выбор.
– Конькова, – проворчала Марьяна, – отстать со своими глупостями, я вовсе не поэтому на него смотрела. Я оценивала своего визави, чтобы разработать план, как лучше с ним выстроить разговор, ведь типов людей на самом деле не так уж и много.
– Конечно-конечно, я сразу так и подумала, – ухмыльнулась Ева, увлекая её к дорожке, ведущей на мостик, – когда увидела ручейки слюней, стекающих по твоему подбородку.
ГЛАВА 29
Путь к озеру напоминал импровизированную полосу препятствий, шлепанцы то и дело утопали в вязкой земле, но девушек это не испугало, они стоически пробирались к манившему их деревянному мостку в надежде погрузиться в прохладную гладь водоёма. Ева первой взобралась на мостик и тихонько выругалась, вытряхивая налипшую землю из обуви. И, как только она собралась шагнуть в воду, её взгляд зацепился за аккуратную табличку, установленную неподалёку, из которой следовало, что озеро находится в аренде, а арендатор – Сотников Константин Романович.
– Купание запрещено, – недовольно буркнула Ева, переводя взгляд с надписи на свои измазанные грязью ноги.
Марьяна внимательно изучила табличку, кокетливо обернулась в сторону соседского участка и громко прокричала:
– Неужели двум уставшим от жары соседкам нельзя искупаться?
Константин на её окрик рассеянно обернулся, равнодушно пожал плечами и вновь отвернулся к поленнице. Тот факт, что он даже на пару секунд не задержал свой взгляд на её подтянутом теле, которое Марьяна ценой неимоверных ухищрений демонстрировала в нужном ракурсе, заставило испытать её некоторое разочарование. Она с досадой подумала: «Возможно, он любит более фигуристых – мясистых, чтобы кровь с молоком… А я едва ли могу составить конкуренцию деревенским барышням в этом вопросе».
Марьяна скептически осмотрела верх своего купальника, который вмещал в себя полную двойку против Настиной твёрдой четвёрки, и грустно присвистнула, живо представив, сколько кочанов капусты могли сотворить такое чудо.
– Рославцева, ты идёшь или нет? – нетерпеливо позвала её Ева, аккуратно погружаясь в воду. – Тут просто чудесно.
– Иду… – обреченно вздохнула Марьяна.
Она на ходу стянула с себя шорты и присоединилась к подруге. Будучи не особым экспертом в подобных вопросах, Марьяна верно определила, что Константин арендовал деревенское озеро не для того, чтобы устроить платный пляж для местных жителей, а использовал его для выращивания рыбы. В прозрачной толще воды то и дело мелькали проплывающие мимо крупные карпы, смешно раздувающие большие рты.
– Евик, я вот думаю, может, мне с этим Константином переговорить насчёт дома, – задумчиво протянула она. – Уж явно баба Марфа не за косметический ремонт собиралась ему презентовать единственное жильё. Если он ему всё ещё нужен, я бы с удовольствием рассмотрела его предложение.
Ева некоторое время молчала. Она, в отличие от Марьяны, никогда не принимала спонтанных решений и не отвечала без раздумий на серьёзные вопросы.
– А это хорошая мысль, – наконец деловито ответила Ева. – Потому что жизнь в деревне прекрасна в минимальных дозах, уладишь всё и со спокойной душой поедешь в город, а через полгода оформите документы – и всего делов, – улыбнулась она, но тут же скорчилась от резкой боли: – Ой, на камень наступила.
– Осторожней, – заботливо предостерегла её Марьяна, которая пытливо всматривалась в открывающиеся деревенские просторы. – Знаешь, а мне здесь нравится, но Шурик вряд ли будет в восторге от такой дачи.
Ева ничего не ответила, но её молчание было красноречивей любых слов. Марьяна и сама понимала, что любящий мужчина ни при каких обстоятельствах не изменил бы своей жене, и потому предпочитала считать увиденное проявлением мужской слабости или острым желанием остаться на высокооплачиваемой должности.
Поплавав в озере ещё какое-то время, девушки вернулись в дом. И по уже установившейся традиции Ева отправилась на кухню готовить для них обед, а Марьяна уединилась в спальне, собираясь во что бы то ни стало взять реванш над вредным соседом.
Она пододвинула банкетку к комоду, оценив, что лучшего места для её косметических экспериментов не найти, и достала из верхнего ящика увесистую косметичку, которую буквально распирало от содержимого. Но, прежде чем приступить к подготовке к «военным действиям», Марьяна в очередной раз взяла телефон в руки и сняла блокировку: сигнал по-прежнему был устойчивым, но Шурик почему-то не торопился ей звонить.