Но мне нужна фанера, чёрт бы её побрал и, причём – много фанеры.
Очень много фанеры!
А финская фанера – самая лучшая и, производимое в Финляндии оборудование для её производства – наиболее дешёвое из всех, по крайней мере – из мне доступных.
Однако, как-то надо выкручиваться:
– Всё очень просто, Вели: много безработных – много недовольных властью. Много недовольных властью – много революционеров. Много революционеров – мало денег у деловых людей…
От уха до уха, как ножом проведя ладонью по горлу:
- …А мне всё это, Брат - уже до самых чёртиков надоело в России!
Пригнувшись к самому его уху, доверительно шепчу:
- К тому же сам подумай: куда мне бежать, если в Росссии меня комиссары возьмут за «самое сокровенное»? В Америку к этому жиду, что ли? Обманет и продаст!
Тот, в озарении:
- Так ты значит…
- Если в России отменят НЭП – а к этому дело и идёт, то я переберусь в Финляндию - где у меня уже будет наш с тобой бизнес! Короче считай, что в твоей стране я готовлю себе «запасной аэродром».
Заговорнически подмигивая, незаметно сложив за спиной пальцы «крестиком», безбожно вру:
- Кстати, я до сих пор не женат, Вели! Невесты в Финляндии есть?
Тот, растаяв душой как воск в мартеновской печи, стал перечислять первых приходящих на ум кандидаток мне в жёны:
- Hannelle Seppälä – девка ещё сопливая, но зато Kalevi - даст за неё yksinänen talo с хорошими покосами…
А я глядя в его белёсые очи, неприязненно:
«Да я на первой же вашей рыбьеглазой чухонской «салаке» - готов жениться и, плодить такую же «плотву», лишь бы заполучить никель Петсамо»!
Хотя, надеюсь без свадьбы-женитьбы обойдётся… Не хочу быть многожёнцем, это ж какие нагрузки на нервную и мочеполовую систему.
Вскоре после этого разговора, мы уезжали из Ленинграда в изрядно увеличившемся составе: кроме немцев - мой хабар охранял взвод красноармейцев Ленинградского военного округа. Это – будущие шофера, которые пройдя обучение в Ульяновской автошколе - затем будут управлять даренными мной пятитонками.
***
Полученные по приезду в Москву новости из Ульяновска - вполне располагали к нешуточной панике…
Итак, Погребинский первым сделал два хода!
Следующий его «ход конём по голове» застал меня в Москве.
Новость была настоль важная, что сообщить её в столицу приехал сам Ксенофонт Мартьянов - главный редактор единственной ульяновской газеты «Красный глас» и одновременно глава моей главной тайной спецслужбы.
- Серафим! Неделю назад, погиб Председатель Ульяновского Волисполкома, Фрол Изотович Анисимов…
Рука, без команды потянулась снять шляпу:
- Как погиб? Как это произошло?
- Ты же знаешь нашего Изотопыча? «Какой русский не любит быстрой езды…».
Жёстко перебиваю:
- …Тот, на котором быстро ездят. Давай без «прелюдий», Ксенофонт - ты не газетную статью пишешь, а даёшь отчёт о происшествии.
- Несся он по дороге на своём «Призраке», да врезался в встречный трактор и убился насмерть.
- Вот, значит как…
«Но примешь ты смерть от коня своего!», - хотелось мне процитировать пророчество древнего волхва князю вещему Олегу, из Александра Пушкина.
Британский «Роллс-Ройс 40/50 Сильвер Гоуст» - «Серебряный призрак».
Такой автомобиль типа «кабриолет», оснащённый 48-ти сильным 6-цилиндровым двигателем объемом 7 литров - закупался «Внешторгом» для высшей партийной элиты Советской России в период с 1922 по 1925 год. Позже, когда в страну потоком хлынули более современные «Бьюики», «Линкольны», «Кадиллаки» и наконец - любимые Сталиным «Паккарды», «Серебряных призраков» - решено было передать «вождям» на местах.
Я расстарался ради «крыши» и, один из семидесяти «Серебряных призраков» - минуя губернские и уездные комитеты, достался нашему Ульяновскому волостному исполкому ВКП(б).
И вот тебе, на…
Придя в себя, начал соображать.
Хм… «Несся», это по понятиям хроноаборигенов – еле-еле тащиться со скоростью порядком пятидесяти вёрст в час, на большую - наши «автобаны» не рассчитаны. Несколько утрирую конечно, но на такой «бешенной скорости» - краску поцарапать об «встречный трактор» конечно можно, но чтоб на смерть убиться…
Не верю!
- Кто расследовал?
- Новый начальник волостного отдела НКВД и, с ним двое его людей – тоже пришлых.
- А наши местные менты, что?
- Наши, местные дознаватели и прокурор допущены не были. Мол, дело и так – ясное и понятное.
Эге…
- Детали расследования известны? К примеру – тормозной путь анисимовской машины измеряли?
Тот, лишь глаза таращит:
- Не понимаю, про что ты?
Мда… Ему простительно не знать: это – первая автомобильная авария в наших заповедных «палестинах», да к тому же – со смертельным исходом. Сильно сомневаюсь, что даже в Москве - имеют понятие про «тормозной путь».
Наскоро объяснив – глядишь тому когда-нибудь пригодится, продолжаю:
- Каков был характер повреждений у автомобиля? В хлам?
Наморщив лоб:
- Да я бы не сказал… На «Призраке» уже наш новый главный мент гоняет. Правда, сам баранку крутить не умеет и заставил шоферить преподавателя из автошколы.
Невольно сжав кулаки: а кто ребятишек учить будет?
Ведь, он же у нас единственный!
Вот падла, а?!
Ладно, идём дальше:
