Молодые пацаны из вновь, буквально - только что принятых. Не местные – ульяновских трогать пока опасаются. Городские ребята из Нижнего Новгорода.
Больше всего мне понравилось привычка «Гражданина начальника» являться в Управление за час-полтора до начала официального начала рабочего дня.
Вот и, сегодня нелёгкая принесла его ровно в шесть «ноль-ноль»… Правда, кабинет к его удивлению был уже занят: на кресле - перешедшим ему из-под справной еврейской задницы товарища Каца, вальяжно развалился своим тощим задом, ваш покорный слуга.
Тот, сдал было назад – но его схватили за руки стоящие по бокам двери Ганс и Франц, а подошедший сзади Фриц - ловко лишил табельного «Нагана» и весьма чувствительно подтолкнул в спину. Затем, бывший хозяин этого кабинета, почти мгновенно оказался сидячим на обшарпанном стуле напротив.
Молча, внимательно рассматриваю «пришельца»: молодой человек - лет на пять старше меня нынешнего, с хорошо заметной печатью вседозволенности на лице - уже как будто то бы въевшейся в кожу.
Можно было использовать для этой «сцены» своих вагнеровцев, но те сплошь и рядом – зелённая молодёжь и, не произвели бы нужного впечатления. То ли дело трое тёртых жизнью мужиков, один лишь вид которых - вмиг настраивал на «позитивный» лад и желание чистосердечно сотрудничать.
Оказавшись на стуле напротив, «Гражданин начальник» вдруг обрёл способность членораздельно говорить – а не просто мычать, как до этого:
- Кто Вы такой?
Хлопок ладонью по столу, прозвучал громче выстрела у расстрельной стенки:
- Здесь вопросы задаю я!
Товарищ не понял:
- А в чём, собственно дело?
- Сейчас узнаешь!
Неуловимый знак и довольно чувствительный удар по почкам, заставивший допрашиваемого зашипеть от боли и съёжиться на стуле.
Открываю стоящий слева старинный сейф (чисто на всякий случай, дубликатом ключа я обзавёлся ещё в бытность Мишки Барона «двойным» воспитанником), что произвело должный эффект, достаю из него две уже знакомые папки и, задаю вопросы.
Сперва, довольно стандартные:
- Имя, отчество и фамилия? Год и место рождения? Происхождение? Социальное положение? Партийность…?
Ну и так далее.
Далее, перечисляю вполне достоверные факты из его биографии, опровергая ими вымышленные из его автобиографии:
- Вы указали, что происходите из семьи потомственного типографского рабочего… Это, так?
Уверенно, как на уроке – отвечая хорошо вызубренное домашнее задание:
- Да, это так.
По-моему, как и всякий без исключения успешный мошенник, эта гнида сама уверовала в подлинность придуманной им самим жизни.
Достаю из другой папочки листочек с подписью и печатью:
- А вот по ответу на запрос из вашего родного города Ейска, ваш отец был надзирателем в местной пересыльной тюрьме… Что на это скажите?
Кстати, абсолютно подлинный документ.
Краснеет наливным яблочком, но наотрез отказывается от родного папы:
- Это какая-то ошибка!
- Ошибка…?
Достаю другой листочек – весьма талантливо изготовленный в Канцелярском отделе «ОПТБ-007»:
- …Может и ошибка! Но вот по показаниям очень уважаемого ветерана революционного движения из «Общества политкаторжан» - ваш папаша был воистину зверюгой. Издевательства, избиения, лишения сна и казённой продуктовой пайки… Неоднократные изнасилования молодых женщин - в том числе и, из антисемитских соображений.
Если кто не знает, антисемитизм в то время – одно из самых тяжких преступлений. А в период Гражданской войны, это однозначно – расстрельная статья…
Вот он и кипешнул, с перепуга:
- ЛОЖЬ!!!
- Вы обвиняете Розалию Самойловну Землячку во лжи? Которую ваш папаша – предварительно зверски избив, затем в крайне извращённой форме изнасиловал - доведя до выкидыша ребёнка, предположительно от самого товарища Дзержинского? Хорошо, это будет занесено в протокол.
Чем чудовищней ложь – тем охотнее на неё ведутся!
Впервые вижу, как живой человек из кумачово-красного - в один момент стал белым, как только что выпавший снег в экологическо-чистой от грязных производств местности.
- НЕ НАДО!!!
Мда… Слухи о суровом нраве этой пламенной революционерки – «героине» Крыма, успели дойти даже до Сибири - откуда родом этот «лишенец».
- Что, «не надо»? Вы признаёте, что соврали в своей автобиографии насчёт происхождении?
- Признаю…
- Хорошо! Так и запишем.
Далее:
- В вашей автобиографии указано, что в период с шестнадцатого года по восемнадцатый - Вы работали на железной дороге путевым обходчиком.
Не дождавшись подтверждения или отрицания, опровергаю:
- Однако, по сделанному запросу, ни служащие, ни рабочие товарной станции города «N-ска» - человека с такой фамилией не помнят.
- Это какая-то ошибка!
Пожимаю плечами:
- Это легко проверить. Давайте вызовем с полустанка рабочего-обходчика и, он Вас проэкзаменует на знание профессии. Так, что? Вагонную сцепку от колёсной буксы, хоть отличите?
Сопит угрюмо, опустив голову:
- Не надо…
Склоняюсь над бумагами:
- Так и запишем: «К пролетариату не имеет никакого отношения».
