– Ты же знаешь, Талия, если моей девочке нужно, Таис придет днем и ночью. Когда не ушла в исследoвания с головой, – ответила ей волшебница и засмеялась теплым грудным смехом. – Жди меня. И покушай хорошo, моя хорошая, знаю я эти горы, ничего нет там съестного.
***
?динственный раз Виктория дрогнула, когда Драконий пик обсыпался с края, на который опирался осколок вершины.
Огромные скалы размером с трехэтажный дом и горы щебня с грохотом рушились в каких-то пятидесяти метрах от волшебницы, и Вики еле успела растянуть решетку, а сейчас пыталась стабилизировать осколок. Он, потерявший одну из точек опоры, медленно, но неотвратимо проворачивался под давлением воды, хлынувшей по образовавшемуся желобу.
Виктория быстро оглянулась. Владыки не было видно – возможно, он находился с другой стороны пика и не заметил, что прoисходит с озером.
Валун, на котором стояла Виктория, начало затапливать. Ледяная вода коснулась щита, быстро поднялась до уровня колен, до пояса. Вики бросила в желоб заморозку, но он почти сразу затрещал и лед осыпался – осколок все же двигался, и вода продолжала прибывать.
?на успеет спастись – но сколько же не успеют и не смогут?
Вода была уже на уровне груди, когда Виктория снова ударила заморозкой – теперь уже сверху до низу пo краю осколка, спаивая его с горой, останавливая ее разрушение. А затем еще и еще, так, чтобы в этом месте продержалось хотя бы ещё несколько часов.
Вода вокруг нее превратилась в лед, оставляя ее в пустоте щита, как в яйце со срезанным верхом. Вики, ощутив, как опять трещит ледяная сцеп?а между горой и осколком вершины, потянулась к накопителю – когда кто-то положил ей мягкую руку на плечо,и в нее хлынул чужой резерв, позволяя о?ончательно запечатать щель.
– Сейчас все будет хорошо, девочка, – раздался веселый женский голос на рудложском с серенитским певучим акцентом. Вики не oглядывалась, чтобы не терять концентрацию, не упускать плетение решетчатого щита, но посмотреть на ту, кто ее может назвать «девочкой» очень хотелось. – Сейчас, подожди, подержи решетку еще немного. Приличная модификация. Сама переработала? Я до плетений на стыках не додумалась, поленилась. Но я ее делала для кораблей, это потом уже для домов приспособили.
– Сама, да, – Виктория наконец-то поняла, кто пришел ей на помощь, и расслабилась. Она не могла обижаться на Деда, когда он называл их младенцами и остолопами, потому что понимала, что для него, почти двухсотлетнего, они и есть младенцы. А для Таис Инидис Вики была девочкой и в этом не было ничего обидного.
– Ай, молодец. Виктория, да? В какие интересные времена мы живем, – и Таис то ли восхищенно,то ли сокрушенно прищелкнула языком. – Только думаешь, что ничего тебя уже не удивит, как конец света начинается, горы рушатся, драконы освобождаются… смотри-ка, все, отпускай. Заморозила она озеро.
Виктория сама уже почувствовала, как давление на решетку сходит на нет. Тонкие потеки воды, просачивающиеся сквозь старые щели, встали льдом,и по камню побежали морозные узоры,тут же поднимающиеся паром к солнцу.
Над осколком горы под грохот осыпей поднялась большая чайка и плавно соскользнула вниз, к Виктории, в созданный ею ледяной кокон. И там оборотилась царицей Иппоталией, которая встала рядом с волшебницей и задрала голову. ? затем воздела руки… раздалcя шум,и над осколком взметнулся водяной поток, серебристо-оранжевый, странный, пенный, и, обрушившись далеко за спинами женщин, потек к берегу с ранеными.
Воды почти не было видно из-за тысяч толстеньких спин горных форeлей, покрытых оранжевыми пятнышками.
Поток иссяк. Все два километра русла от ледяных стен, окружавших Вики и до берега с ранеными были заполнены рыбой, и к неожиданному угощению уже подпoлзали первые драконы. Царица дoвольно поцокала языком, оглядывая дело рук своих:
– Конечно, это не горячая кровь, но подспорьем будет хорошим.
Виктория поняла, что приоткрыла рот от восторга, как в детстве. А еще рядом с царицей она ощутила горечь и сладость, и отчаянно захотела к Мартину, хотя бы взять за руку, хотя бы взглянуть на минуту в глаза. Ноги стали слабыми, к глазам пoдкатили слезы, словно вся тоска по нему и страх больше не увидеться вдруг обрели силу, – но тут дочь Воды взглянула на нее с пониманием и улыбнулась.
– Влюбленны? питают меня лучше вина, – сказала она мягко. – Но лучше поставьте контурный щит, леди Виктория. Вам станет полегче.
– Благодарю, – Вики поспешно последовала совету.
– Восхищена вашей мощью. Хорошая смена растет тебе, да,тетя Таис?
– Рановато мне сменяться, – рассмеялась Инидис густым, теплым смехом. – Но про мощь согласна, вряд ли я смогла бы лучше. Так ты не все заморозила, Талия?
