Но что если первые монахи Валлии не были достаточно чисты? Тогда они могли исказить слова посланников Господа. А кое-где могли и вовсе ничего не услышать и, сгорая от стыда, додумать всё сами…, мысль обжигала стыдом и болью. Ведь если так, то грех гнездится в самом сердце Валлии, в самих монахах, да с незапамятных времён. А это, ну просто невозможно! Но…, всё же, а что если?
Просвещённый поднялся на ноги и ещё некоторое время стоял на месте, просто глядя вниз, на зелёную траву, покрывавшую холм. Его брови хмуры, его мысли полны сомнений и грусти.
-Просвещённый. – Тихо позвал один из магистров.
Просвещённый поднял взгляд и спустя мгновение произнёс.
-Я видел то, о чём не могу сказать. Гос…
Он прервался, замолчал. Пока что он не уверен, что видение исходило с небес. Коварно Зло и изворотлива греховная порча. Нельзя просто поверить, нельзя слепо следовать за тем, что он узрел.
Но чистый свет Господень – почему статуя не была очищена? Если она пропитана злом, если всё это обман, чистый свет Господа должен был…, если в его собственной душе не поселилась порча греховная и злобы зерно. Если это коснулось его, и он не заметил, тогда порча в статуе, могла найти лазейку и избежать очищения Господним светом…, теоретически. Скорее фантастически, но…
-Мы должны убедиться. – Произнёс он, наконец. – Возьмите лошадей, еды и воды на неделю. Мы отправляемся в Сабас. К городу, что грешники зовут Наром.
Магистры, молча, двинулись вниз по холму к селению, от которого буквально физически ощутимо, разносилась волна почти животного ужаса. Увы, слаб человек, и грех легко совращает его.
-Чудо иль порча злая? – Тихо произнёс Просвещённый, задрав голову повыше, что б увидеть лицо статуи с ликом варвара, мечом захватившего Сабас и именуемого Святым рыцарственным пра…
Он опустил взгляд, хмуря брови, губы сжав.
Что если не зря крестьяне Сабаса, погрязшие в грехе, зовут его Святым? Что если Каил и правда воплотился среди смертных и ныне не на небесах, а здесь, среди людей? Такое случалось прежде, почему бы этому не случиться вновь? Святой правитель…, но почему он появился в этой земле падших душ, а не здесь? Просвещённый хмыкнул – ответ прост до безобразия. Валлия чиста, в ней почти нет греха и нет и тени зла. Сабас же это какой-то Баргов шабаш воплоти. Только там Господь и мог появиться, карая грешников и ведя к покаянию тех, кого ещё можно спасти.
И всё же обидно, что он появился там…, если только это всё правда.
Монах поднял ладони к лицу и сосредоточился.
На ладонях стали проступать сияющие символы – священные знаки, что оставлены самим Каилом, в те далёки времена, когда он ходил среди людей воплоти, словно бы один из них. В этих знаках сокрыта огромная сила, в них такая мощь, что ни одно зло не устоит. Лишь Просвещённые могут направить свет этих символов, нанесённых на их кожу бесцветными чернилами. Нужно лишь подумать и свет пробьётся через кожу, а стоит коснуться и любой, в ком хоть капля греха или порчи злой, мгновенно сгорит, рассыплется в прах.
Что ж, Святой господарь рыцарственный правитель Логан и король Сабаса.
Очень скоро станет ясно, насколько ты Святой.
***
Несколько дней они двигались по территории Северных королевств. Где-то медленно, где-то переходили на галоп, что, любой разумный человек, делал бы почаще. После разгрома учинённого в замке, после обилия трупов северян – галоп, да оврагами и лесами, было бы самым разумным решением. Конечно, Северные королевства до сих пор разделены – король Стайг, для современных жителей Севера, уже легендарная личность, жившая давно и не правда это всё. Так вот, сделанное королём Стайгом, давно кануло в лету. Объединение Северных королевств в единый кулак, сумевший, пусть и огромной ценой, уничтожить, прежде непоколебимую мощь Славного города Тара, закончилось вместе с гибелью Тара. Северяне недолго оставались верны королю, после его блистательной победы – трусливые женщины, по ошибке родившиеся в телах мужчин, не понимали того, что сумели совершить под руководством Стайга. В них не было чести и добытая слава, прошла мимо них. Вместо того что бы отдать мёртвых яркому огню погребальных костров, они закопали их в земле. Вместо того, что бы гордиться тем, что они остались живы в битве против величайших воинов в истории этого мира, они горевали о погибших и злились на Стайга, за то, сколь много было павших, среди их огромного воинства - битва за Тар сократила их численность почти вдвое. И злоба на короля, приведшего их к славной победе, росла и крепла в душах этих женщин. Конечно, и в Таре Предводителю не поздоровилось бы при таких потерях – но лишь в том случае, если боевая слава, добытая в битве, не могла уравновесить понесённых потерь. Здесь же речь шла о самом Славном городе Таре! Потери меньше, чем понесли северяне, были просто невозможны.
А от полного поражения и разгрома, северян и вовсе спасли лишь ум, храбрость и смекалка Стайга. Веди их кто угодно другой, так и остались бы они все под стенами осаждённого города.
