И он не зря подумал о возможном поражении – центр клина имперских воинов составили десять всадников с головой закованные в металлические доспехи. Он такие встречал прежде и знал чего они стоят в бою и в золоте. У них имелось небольшое отличие от прочих доспехов, не очевидное для юного неопытного воина, но бросающееся в глаза для того, кто снял сотни доспехов с сотен поверженных врагов. У этого десятка воинов, доспехи имели обтекаемые формы и двойные сочленения, полностью перекрывавшие слабые места доспеха. Против таких воинов, меч не лучший выбор в качестве оружия. Нет зазоров в сочленениях, колоть просто не куда. А пробить такой доспех мечом можно, только если меч двуручный, а сам ты не слабее маленького коня.
И самое важное, то, что арийцы сочли достойным их памяти и прославления, среди всего множества глупых флажков, символов и украшений воинов Пиренеи.
Все десять несли на груди знак, тот, что знала вся Империя, что знали далеко за её пределами.
Вставший на задние лапы серебренный лев, клыки оскалив, свирепо смотрел с панцирей имперских рыцарей. Не просто воины, не просто рыцари – лучшие из всех, каких знал этот континент.
Тот воин, что стал острием клина, немного отличался эмблемой – тот же лев, те же обтекаемые формы, такие же невероятно дорогие доспехи и, наверняка, такое же дорогое оружие, лучшее какое можно было достать за деньги. Но чем-то он всё же отличался. Арагон чувствовал это, но не мог объяснить своей уверенности или же понять её – он просто знал, что этот воин в центре, сильнейший из всех. Он точно знал, что это тот самый враг, коего он долго искал.
Тот самый враг, что способен убить его в открытом бою.
На остальных воинов он особо и не посмотрел, взглядом скользнул по ним и вновь смотрит на того, что неспешно движется в центре. Остальные просто рядовые воины Имперской армии, неплохие кони, половинные шлемы с открытыми лицами, кольчуги не особо дорогие, наручи на кожаных ремнях, такие же поножи. Ничего особенного – для Шеди их хватит.
Слева, за спиной, раздался резкий крик – это Нкесх, наиболее опытный и сильный воин в этом маленьком войске целиком из Шеди. По сути, большей частью похода командовал именно он, так как кехеш решил в основном устраниться от таких деяний и сосредоточиться на добывании славы и трофеев. Он вмешивался лишь изредка и каждый раз Нкесх и все прочие Шеди внимательно прислушивались, но не всегда следовали его совету – именно совету. Об этом Арагон предупредил их ещё в окрестностях Орхуса. Он не хотел быть Предводителем этого похода, он жаждал, в этот раз, только сражений. Странное желание кехеша собравшего поход, но не пожелавшего его возглавить, желание, чем вызванное так никто и не понял, было воспринято как прямой приказ. Что, впрочем, никак не сказалось на размере добычи – Шеди чтили лишь свой закон и сражались согласно ему. К чему-то новому или хорошо забытому старому, они приходили с трудом и большой неохотой. Что не особо нравилось арийцам, но они не возражали, сумев смириться с порядками иного народа. Шеди стали неотъемлемой частью Тара, возродившегося в новом теле, в теле Нара. Частью не главной, не слишком важной, даже не особо нужной теперь, но всё же частью. Их порядки не злили сынов Тара, пока они оставались в народе Шеди и не входили в стены Нара.
Клин имперцев начал ускоряться, лошади медленно переходили на бег. Они не стали мудрствовать особо, намереваясь раздавить войско Шеди один мощным натиском. Тактика простая, но весьма надёжная. И с учётом десяти рыцарей Империи, составивших острие клина, это могло бы сработать – в любом другом случае. Но не с Шеди много лет как, вернувшихся к одному из обычаев предков и сумевших наверстать то, что было забыто – где-то своим умом, где-то при помощи наёмников Кохана, а где-то и при деятельном участии самого Арагона.
Лобовой удар тяжёлой конницы, почти всегда беспроигрышная тактика – почти.
По обе стороны от Арагона смуглые воины выстраивались в нестройную линию, в их руках короткие луки, у каждого уже готова стрела. Это не остановит натиск, не особо его даже замедлит – лошади имперцев защищены не слишком надёжной, но всё-таки бронёй.
Скакуны рыцарей, это тяжёлые, мощные звери, у коих даже собственные шлемы имеются – такое не купишь за две золотые монеты, каждый делается под конкретного коня, по заказу конкретного рыцаря. Лошади остальных имперский воинов защищены гораздо проще, доспехи на одном коне, точная копия доспехов на другом. Их делали по одной заготовке, что естественно снижает как затраты на производство, так и стоимость доспеха. Но это позволяет Империи иметь в своей армии сильные конные отряды в большом количестве. Против разбойников и окрестных врагов, их всегда было достаточно. Там, где обычный воин справлялся с трудом или не справлялся вовсе, в дело шли рыцари, обычно, легко переламывая ход сражения в свою пользу. Крайне редко такая тактика и такая армия, давали осечки. Но на то и правило, что б случались исключения.
