Я облизываю губы. Грейсон никогда не убивал человека выстрелом пистолета. В этом я уверена. Инстинкты подсказывают мне, что он не сделает это и сейчас – что это идет вразрез с его пристрастиями, убеждениями… но ведь он никогда раньше не оказывался в таком положении.
Я отняла у него шанс на жизнь, и он позаботится о том, чтобы у меня его тоже не было.
Я выбираю спасти человека.
Я открепляю ключи от пояса офицера и начинаю освобождать щиколотки Грейсона.
– Отпусти его.
Грейсон ждет, пока я освобожу его запястье, затем осторожно встает, двигаясь вместе с охранником. Охранник сыплет угрозами, пытаясь предупредить офицера у двери о вооруженном преступнике. Грейсон бьет его по затылку. Полицейский не падает ни после первого, ни после второго удара, и мне приходится отвести взгляд, когда Грейсон избивает его, пока он, наконец, не падает на пол.
– Ты – животное, – говорю я.
В уголках его рта появляется улыбка.
– Рыбак рыбака видит издалека, детка.
Дверь палаты неотложной помощи открывается.
Грейсон разворачивает меня и прижимает к груди. Под подбородком я чувствую давление стального ствола. Меня трясет, но пистолет заставляет меня задрать голову, и я не хочу позволять страху отразиться на лице.
– Брось оружие! – кричит офицер.
Грейсон не подчиняется. Он все усугубляет, удерживая меня на месте.
– Уверен, вам есть, что терять, так что не стоит геройствовать за минимальную зарплату, офицер. Сначала я убью эту женщину, а затем буду стрелять, пока обойма не опустеет, убивая как можно больше людей, прежде чем меня пристрелят. – Полицейский целится в Грейсона. – А теперь закрой дверь и опусти пистолет.
После напряженного противостояния офицер закрывает дверь. Он еще несколько секунд целится в Грейсона, но, затем кладет оружие на пол.
– Оттолкни его, – приказывает Грейсон.
Коп неохотно подчиняется.
– Скоро здесь будет подкрепление, – пытается заверить меня он.
Грейсон толкает меня в спину.
– Раздень копа, – говорит он. – Штаны и рубашка. Сейчас же.
Я закусываю губу, опускаясь к бессознательному мужчине, затем медленно снимаю с него ботинки. Замечаю пистолет на полу, но Грейсон первым его подбирает. Он использует наручники офицера, чтобы приковать его к перилам каталки, прежде чем бьет его пистолетом по голове.
Я ругаюсь, зная, что вот он. Этот момент. Я должна бежать. Он полностью свихнулся.
Я бормочу, стягивая штаны с мужчины.
– Если ты убьешь меня, то никогда не сможешь отомстить по-настоящему. Ты ничего не можешь сделать мертвому человеку.
Грейсон хватает меня за шею и тянет вверх, притягивая к себе.
– Хотел бы я, чтобы ты также грязно говорила во время нашей терапии.
Меня охватывает гнев, подпитываемый выбросом адреналина. Я пытаюсь ударить его коленом, но он с легкостью блокирует удар. Он стонет и крепче сжимает мои волосы. Я замечаю на подносе шприц и прыгаю за ним, не обращая внимания на боль, которую мне пришлось испытать, чтобы вырваться из его хватки. Я слышу, как рвутся волосы.
Дрожащими руками я направляю иглу на его шею.
– Клянусь Богом, я разорву твою яремную вену еще до того, как ты нажмешь на спусковой крючок.
Он пристально наблюдает за мной, прикусив губу, чтобы сдержать улыбку.
– И я знаю, насколько ты в этом хороша. Я с нетерпением жду возможности поиграть позже, – говорит он, затем его рука накрывает мою, выкручивая ее, пока я не роняю шприц. – Но сейчас я просто хочу, чтобы ты расслабилась.
Я тяжело дышу.
– Сделай это быстро.
– Отлично. – Он хватает меня и прижимает к стене. Сердце подскакивает до горла, его взгляд темнеет. Затем он прижимается ко мне в поцелуе, крадя последний воздух. С блеском в глазах он отстраняется. – Но я не заберу жизнь.
– Тогда какого хрена ты хочешь?
Он поспешно заканчивает снимать с копа одежду и переодевается. Натянув штаны и пояс, он сбрасывает больничную рубашку и через голову надевает белую футболку. Я замечаю татуировки на его спине, и у меня вырывается ругательство. Я отступаю к двери, но он замечает движение.
Я останавливаюсь.
– Ты думаешь, я хочу убить тебя из-за того, что ты сделала, – начинает он, хватая рацию и прикрепляя ее к поясу. – Но это говорит твоя вина. Ты научилась чувствовать ее, чтобы смешаться с остальными. – Он выплевывает последние слова. – Отпусти ее. Она лишь мешает. На твоем месте я поступил бы точно так же.
Он хватает мою сумочку и вытаскивает телефон. Уронив его на пол, он топчет его, а затем закидывает сумку мне на плечо.
– Ты можешь видеть без очков?
Я прищуриваюсь.
– У меня астигматизм. Так что да… и нет.
Он снимает очки и кладет их в сумку. Затем разворачивает меня спиной к своей груди и прижимает дуло пистолета к голове.
– Черт. Грейсон, какого черта ты от меня хочешь?
– Будь хорошим заложником и открой дверь.
Даже находясь под действием адреналина, мне удается соединить весь паззл. Кусочек скользит и с щелчком встает на свое место. И я – тот кусочек паззла, который он придумал, чтобы вырваться на свободу.
– Ты использовал меня, – обвиняю его я.
– Честно говоря, мы использовали друг друга.
Я открываю дверь.
Глава 19
ВЫЗОВ
ГРЕЙСОН
