О шуме я не беспокоилась, так как слышала, что мама ушла около получаса назад. Я улыбнулась, когда дверь за ней закрылась, точно зная, куда она идет. К Зейну. Единственное, что омрачало мое счастье, это то, что она скрывалась от меня. Держала все в секрете. Она знала, как сильно Зейн мне нравится. Я, хоть убейте, не понимала эти ее тайны мадридского двора. Опять же, я поступала до жути похоже и даже сама не понимала, зачем это делаю.
Боль в бедре утихла настолько, что мне удалось натянуть розовые угги и пыльно-розовый объемный свитер поверх серых леггинсов. Бросив быстрый взгляд в зеркало, я провела рукой по своим своенравным кудрям и оставить их распущенными.
Коснувшись дверной ручки, я остановилась и глубоко вздохнула.
Я бесшумно спустилась по ступенькам, ведущим на задний двор, щурясь в темноте.
— Веснушка, — поприветствовал голос, и рядом со мной материализовалась фигура.
Я вздрогнула и схватилась за колотящееся сердце.
— Джиперс Криперс, — прошептала я в испуге.
Киллиан подошел еще ближе, засунув руки в карманы. В свете из кухни, который я оставила включенным, я видела его полуулыбку.
— Ты только что сказала «Джиперс Криперс»? — спросил он веселым тоном.
Мои щеки покраснели.
— Нет, — ответила я смущенно.
Киллиан подошел еще ближе, хотя и не прикоснулся ко мне; его руки оставались в карманах.
— Да, сказала. Моя маленькая Лекси сказала «Джиперс Криперс», — пробормотал он.
От фразы «моя маленькая Лекси» дыхание на мгновение перехватило.
— Это инстинктивно, — объяснила я. — Мама не ругается. Я переняла от нее несколько из ее… слов-заменителей.
Киллиан стоял так близко, что я чувствовала тепло его тела.
— Не смущайся, — сказал он хриплым голосом. — Это очаровательно.
Он выдержал паузу.
— Мне нравится, что твоя мама защищает тебя от ругательств. — В его тоне сквозила резкость, и мое сердце немного сжалось, когда я поняла, что его мама не защищала его ни от чего, особенно от чего-то такого банального, как ругательства.
Он поднял руку и слегка коснулся моей челюсти. Я затаила дыхание, пытаясь продлить прикосновение, получить от него максимум удовольствия.
— Такому прекрасному человеку, как ты, не нужны уродливые слова, — решил он.
Я поджала губы. Я всегда испытывала неловкость из-за того, что не ругалась. И все же Киллиан, похоже, одобрял это. Ему это нравилось.
— Что же, если я хочу защититься от опасности ругательств, мне придется найти новую группу, учитывая лексикон мальчиков, но вряд ли это произойдет в ближайшее время.
Наступило долгое молчание, которое мне хотелось заполнить и в то же время оставить все как есть. Мне не терпелось спросить Киллиана, почему я не получала от него вестей, почему он пришел ко мне посреди ночи. Но я этого не сделала.
— Да, Веснушка, после вечера пятницы, не думаю, что в ближайшее время ты избавишься от этих парней, — сказал он наконец. — Им нужна суперзвезда, если они хотят чего-то достигнуть.
Мое сердце екнуло.
— Ты был там? — сделала я вывод.
— Конечно, был, — подтвердил Киллиан, и его ладонь скользнула вниз по моей руке, обхватывая кисть руки. — Я бы ни за что это не пропустил.
Я попыталась думать под ощущения его большого пальца, поглаживающего тыльную сторону моей ладони.
— Я не видела тебя. Почему ты не подошел поздороваться?
— Не хотел привлекать к себе внимание, учитывая, что Клэй знает меня и знает, что мне не хватает пару лет для того, чтобы находиться в его баре, — объяснил Киллиан. — Это была твоя ночь. Ты должна была провести ее с друзьями и семьей.
Я нахмурилась, глядя на него в темноте.
— И с тобой, — поправила я его. — Ты мой… мы ведь друзья, не так ли?
Киллиан сжал мою руку.
— Мы нечто большее, Веснушка.
Я проигнорировала резкий кувырок в животе.
— Хорошо. Что ж, значит, на нашем следующем концерте я ожидаю тебя в качестве почетного гостя, — распорядилась я.
Киллиан тихо рассмеялся.
— Твое желание для меня закон.
Я ненадолго замолчала.
— Если ты был там, то почему… — я сделала паузу, не желая показаться прилипчивой.
Киллиан коснулся моего подбородка.
— Почему — что?
Я уставилась на него.
— Почему я ничего не слышала от тебя? — тихо спросила я, очень надеясь, что это не прозвучит драматично.
Киллиан обхватила мою щеку и вздохнул.
— Прости, детка. У меня произошла кое-какая херня с мамой. — Он приложил палец к моим полуоткрывшимся губам, предвосхищая мой вопрос. — Об этом я расскажу тебе завтра. Это время слишком драгоценно, чтобы омрачать ее проблемами.
Я замерла, когда его рука на долю секунды задержалась у моих губ, и его большой палец скользнул по ним.
— Короче, я был занят. Обычно для тебя я никогда не бываю слишком занят. Это было исключение. И оно станет единственным, — пообещал он.
Я сглотнула.
— Мог бы воспользоваться той штукой, которую изобрели для информирования людей о том, что они заняты, — тихо предложила я. — Знаешь, это модифицированное изобретение Александра Грэма Белла?
