— Они были испачканы. Здесь не нашлось воды, чтоб я мог привести себя в порядок, баронесса. Простите мне вынужденную неопрятность, — покаялся я. Лучше б в мокрых ходил, ничего бы со мной не случилось! Хотя, если вспомнить, где именно растеклось пятно… Нет, все же штора и то лучше.
— Вот только не надо ныть! — вскипела Буся, раскладывая по меркам наши вещи.
— Я лишь пытаюсь объяснить свой проступок, — покраснел я словно юноша. Ведь, и вправду, стыдно до боли. Титул остался, а толку? За ним наготы не спрятать.
— Я купила тебе кое-что из вещей. Вон в том пакете. Можешь переодеться.
— Мы не отвернемся, даже не надейся, — хихикнула Буся, — Я хочу посмотреть на то, как ты станешь переодеваться под шторой.
— Тебе не стыдно? — оторвала от дочки свои прекрасные глаза Глория. Хотел бы я предстать перед ней обнаженным. В другой день и в другом статусе.
— Очень!
— Ни капельки, — фыркнула вторая ведьма и игриво на меня посмотрела.
— Позвольте, я уединюсь в лесу, дамы.
— Лешему привет передай.
— Всенепременно, — поклонился я всем трём и слишком быстро сграбастал в руки пакет, не удержался, показал свое нетерпение. Ещё и в шторе запутался, черт бы ее побрал. Чуть не упал на колени.
— Малток, это излишне. Достаточно было просто сказать Зайчишке «спасибо», — укорила меня справедливо бесовка, я ведь, и вправду, забыл поблагодарить баронессу за подарок. И тут же расхохоталась.
— Спасибо! — выбежал я за дверь под дружный хохот двух ведьм, кутаясь в обрывки материи. Ещё и порвал, наступив. Что сегодня за день! Так опозориться и столько раз подряд. Кажется, теперь о чести можно забыть. Вряд ли от неё хоть что-то осталось. Ещё и лицо полыхает вовсю, будто я не воин, а простолюдин, пойманный на месте бесчинства.
Пробежался до густых кустов. Лешего вроде не видно. Уже счастье. Ещё не хватало сейчас столкнуться с нечистью один на один, хоть он и обещал мне помощь в обмен на освобождение из сундука.
Веточки ивы настойчиво лезут в лицо, совсем близко река, сквозь густую зелень меня, надеюсь, не будет видно.
Сунул руку в непривычный пакет из тонкой бумаги. Пальцы наткнулись на пряжку ремня.
Ведьма что, заранее знала о моих проступках? Почему ремень так тонок? Я на ее взгляд не способен носить меч у пояса? И ткань одежды тонкая, мягкая, совсем не приспособленная для воинского похода.
Надо успокоиться и взять себя в руки. Девица просто ошиблась, выбрала на свой вкус, позаботилась, как могла. Слишком юна Глория, чтобы смыслить хоть что-то в мужском походном облачении. Я должен быть благодарен ей и за такую заботу. Глупец. Пояс тонок. Возьму вторым свой, затяну поверх этого. Не в моем нынешнем положении вертеть носом, подобно блудной вороне на заднем дворе, и хоть чем-то выражать недовольство.
Да и потом, одежда куплена в лавке готового платья. С заботой выбрана для меня из тех образцов, что были представлены к продаже в лучшем случае для простых горожан. Не портные его шили на заказ по моей мерке. Уж что нашлось, за то и буду благодарен милостивой госпоже. Всяко лучше, чем штора и подмоченные младенцем штаны. Пока что я ничем не отплатил за расположение Глории. Только нарушил все мыслимые запреты и, кто знает, что будет потом.
Выудил из свёртка крохотную нижнюю рубашку. Детскую вероятно. Ошиблась баронесса, не тот свёрток вручила? Но почему прорези для рук сделаны такими огромными? Это что, мужская одежда?! Вот это? Но ткань хороша. Ладно, все лучше, чем ничего, хоть прикроюсь.
Влез в безрукавку. Удобно! Следом извлёк из пакета столь же несуразные панталоны. Ещё и с пуговичкой на самом стыдном месте. Неужели их тоже Глория выбирала? Сама. К-хм. Позаботилась. Ну, ничего. Пуговичка в таком месте, это даже удобно. Снимать лишний раз штаны не придется. Кстати, о штанах. Длинные! На фоне нижней одежды, это уже подарок. Грубоватые, пригодные для долгого похода. Сидят на талии низко, но после шторы это меня не смутит.
Рубашка же оказалась излишне прозрачной. Тело будет через нее просвечивать. Да и рукава коротки, будто закатаны. Присмотрелся внимательней, к манжетам, и вправду, пришиты пуговицы и хлястики. Можно закатать и закрепить, можно, напротив, оставить длинными. Наряд приказчика из трактира. Такой рубашкой только селянок соблазнять
Ещё и вырез на груди пошит таким образом, что не сходится, образуя обнаженный треугольник. Бесспорно, это символ трактира, уж слишком по форме на кубок похож.
Как бы дам не смутить своим видом. Впрочем, этих ведьм ничем не смутишь. Угораздило же меня попасть в такую компанию. Впрочем, пока я рад. Вкус жизни заиграл новыми оттенками. Не подавиться бы насмерть этим напитком.
Натянул поверх брюк свои удобные сапоги, поправил одежду, закинул назад волосы. Жаль, кончики моих острых ушей оказались обнажены, величайший порок для герцога, подарок матери. Сколько раз из-за них приходилось мне драться на поединках! И почему только эльфы и люди не могут жить в мире? Отчего подобным мне полукровкам приходится вечно чувствовать себя изгоями? Жили же раньше бок о бок на своих землях.