- Меня никогда не существовало. Небесный огонь сжег все то, что было злом. Джейс выжил после удара Глориусом, потому что он был хорошим. В нем было достаточно этого, чтобы он выжил. Но я родился искаженным. Во мне не осталось ничего, чтобы я мог выжить. Вы видите призрак человека, которым я мог бы быть, вот и все.
Джослин плакала, слезы струились по её лицу, а сама она сидела неподвижно. Её спина была прямой.
- Я должен сказать тебе, - прошептал он. - Когда я умру, Очерченные бросятся на вас. Я не смогу их удержать, - его взгляд метнулся к Клэри. - Где Джейс?
-Я здесь,-сказал Джейс. И он был уже тут,на помосте, его лицо выражало тяжесть,недоумение и грусть. Она знала,как трудно было ему ей подыграть, позволить Себастьяну думать, что она ему принадлежит, позволить Клэри рисковать собой,наконец.
И она знала, как это было для него, для Джейса, кто так сильно хотел мести, видеть Джонатана и понимать, что часть Себастьяна, которая там была - которая должна была быть там - исчезла. Здесь был абсолютно другой человек, кто-то совершенно другой, кому никогда не предоставлялся шанс жить, и теперь никогда не предоставится.
- Возьми мой меч, - сказал Джонатан, его дыхание стало прерывистым, указывая Фаесфорос, который выпал в нескольких метрах от него. - Рассеки-рассеки его и открой.
- Расколи и открой? - сказала в замешательстве Джослин, но Джейс уже двигался, чтобы захватить Геосфорос, который лежал ниже помоста. Он пересек комнату, мимо ютившихся Очерченных, мимо кольца рун, к месту, где лежал мертвый демон Бегемот в своем ихоре.
- Что он делает? - спросила Клэри, когда Джейс поднял свой меч и сделал чистый разрез по телу демона, что казалось очевидным. - Откуда он узнал...
- Он знает меня, - выдохнул Джонатан. Волна плохо пахнущих кишок демона вылилась на пол - выражение лица Джейса сначала выражало отвращение, потом удивление, а затем понимание. Он нагнулся и голой рукой поднял что-то шероховатое, блестящее с ихора - он поднял ее и Клэри поняла, что это была Чаша Смерти.
Она посмотрела на Джонатана. Его глаза закатились, а его тело вздрагивало.
- С...Скажи ему, - с заиканием сказал он. - Скажи ему, чтобы он бросил ее в кольцо рун.
Клэри подняла голову.
- Брось его в круг! - крикнула она Джейсу, и Аматис развернулась.
- Нет! - закричала она. - Если Чаша разрушится, то мы все умрем! - она повернулась к помосту. - Господин Себастьян! Не дайте вашей армии быть разрушенной! Мы были верны!
Джейс посмотрел на Люка. Люк смотрел на сестру с выражением окончательной печали, печали такой глубокой, как смерть. Люк потерял свою сестру навечно а Клэри только что получила своего брата, брата, который исчез с ее жизни и это все еще была смерть, только с двух сторон.
Джонатан, наполовину опиравшийся на плечо Джослин, посмотрел на Аматис; его зеленые глаза походили на огни.
-Я сожалею,- сказал он, -Я не должен был создавать тебя.
И он отвернулся
Люк кивнул, один раз, Джейсу и Джейс вкинул Чашу так сильно, как только мог, в кольцо рун. Она ударилась о землю и разлетелась на части.
Аматис ахнула, и приложила руку к груди. На мгновение-только на мгновение-она смотрела на Люка с выражением признания в глазах: выражение признания, может даже любви.
-Аматис,- прошептал он.
Ее тело упало на землю. Другие Омраченные попадали один за другим, там, где они и стояли, пока комната не заполнилась трупами.
Люк отвернулся, слишком много боли было в его глазах для Клэри, чтобы та могла смотреть на него. Она услышала крик - далекий и суровый - и подумала на мгновение, был ли это Люк, испуганный видом стольких мертвых падших Нефилимов, но крик рос и рос и превратился в высокий визг, что заставил стекло дрожать, а пыль за окном крутиться, за окном, которое выходило на Эдом. Небо стало красного цвета, как кровь, а вопль продолжался, выцветая, задыхаясь скорбя, будто вся Вселенная плакала.
- Лилит, - прошептал Джонатан. - Она плачет из-за ее мертвых детей, детей порожденных ее кровью. Она плачет по ним и по мне.
Эмма высвободила Кортану из тела мертвого воина фей, не обращая внимания на кровь, запятнавшую руки. Ее единственной мыслью было добраться до Джулиана-она видела страшное выражением на его лице, как он скользнул на землю, и если Джулиан был сломлен, то весь мир был сломлен, и ничто нельзя было исправить.
Толпа окружила её; она едва видела их,проталкиваясь руками по направлению к Блэкторнам. Дрю прижалась к колонне рядом с Джулсом,свернувшись клубком, защищая Тавви; Ливия все еще держала Тая за запястье, но теперь она уже смотрела мимо него, открыв рот.
И Джулс-Джулс все еще прислонялся к колонне, но он начал поднимать голову, и Эмма поняла,что он пристально смотрел, она повернулась,чтобы увидеть, на что он смотрит.
Все Очерненные вокруг комнаты начали падать. Они падали, как сверженные шахматные фигуры, тихо и беззвучно. Они падали блокированные в бою с Нефилимами, а их братья фэйри уставились на то, как один за другим Очерненные воины падали на пол.
