своей партии - хотя при этом они могли разрушить партию. Короче говоря, Север и Юг просто двигались в противоположных направлениях, и Юг почти навязчиво определял свою позицию в терминах, изолирующих его от Севера и отождествляющих его с политикой, которая, в силу тенденций современного мира, была обречена на поражение.
Устойчивый рост силы Республиканской партии был продемонстрирован на этой сессии действиями по защитному тарифу и законопроекту об усадьбе. На предыдущей сессии законопроект об усадьбе, позволяющий человеку получить 160 акров государственной земли, просто поселившись на ней, прошел Палату представителей, но был заблокирован в Сенате, когда вице-президент Брекинридж подал против него решающий голос. Теперь, однако, законопроект о приусадебном участке прошел обе палаты, но Бьюкенен наложил на него вето.13 Острота секционных противоречий проявилась при голосовании в Палате представителей, когда 114 из 115 голосов "за" были поданы членами свободных штатов; 64 из 65 голосов "против" - членами рабовладельческих штатов. На предыдущей сессии республиканцы тщетно пытались принять законопроект о защитном тарифе. Теперь они провели такую меру в Палате представителей со счетом 105 против 64, но Сенат отменил ее, проголосовав за отсрочку. Республиканцы также боролись за законопроект о Тихоокеанской железной дороге и законопроект об улучшении судоходства на Великих озерах, но ни в том, ни в другом случае не добились успеха.14
У южан были логичные причины выступать против всех этих мер. Они понимали, что никто не сможет основать плантацию на 160 акрах, но соблазн свободной земли мог привлечь иммигрантов, которые пополнили бы и без того значительный перевес населения свободных штатов. Они рассматривали защитный тариф как форму субсидирования, которая позволила бы янки-производителям усилить эксплуатацию всех сельскохозяйственных производителей, и особенно производителей хлопка, которые продавали продукцию на открытом мировом рынке и ничего не выигрывали, покупая ее на защищенном внутреннем рынке. Они предвидели, что Тихоокеанская железная дорога, по сути, свяжет Тихоокеанское побережье с Севером. И они рассматривали крупные федеральные ассигнования на внутренние улучшения как меры по усилению центрального правительства, которое они не хотели укреплять, и по стимулированию высокоразвитой внутренней торговли, которую они не хотели строить.
Но противодействие Юга было почти слишком логичным, поскольку оно ставило Юг не только в позицию защиты рабства, но и в позицию сопротивления прогрессу. По сути, блокируя динамичные экономические силы, действовавшие на Севере и Западе, Юг вынудил сторонников этих сил вступить в коалицию с антирабовладельческими силами, которая в противном случае могла бы и не возникнуть. Логичным средством для такой коалиции стала Республиканская партия, и фактически республиканская платформа I860 года заложила основы для коалиции еще до того, как Бьюкенен наложил вето на законопроект о гомстеде или Сенат заблокировал защитный тариф.
Во время этой сессии Конгресса республиканцы также собрали эффективный предвыборный материал, проведя одно из первых крупных расследований, когда-либо проводившихся комитетом Конгресса. Демократическая партия, состоящая из фракций, была уязвима по нескольким пунктам: Партия выделила большие ассигнования государственному печатнику Корнелиусу Уэнделлу, а затем ожидала от него крупных "взносов", когда партия нуждалась в средствах. Военный министр Джон Б. Флойд благоволил друзьям, заключая правительственные контракты, которые не были должным образом проверены, а когда ассигнования Конгресса поступали медленно, он поощрял банки выдавать средства подрядчикам по их векселям, которые он одобрил. Президент отрицал, что когда-либо одобрял обещание губернатора Уокера провести плебисцит по конституции Канзаса, но Уокер имел письмо от Бьюкенена, в котором тот выражал свое одобрение, и был готов предстать перед комитетом.
Палата представителей назначила такой комитет во главе с Джоном Ководе из Пенсильвании, который провел обширное расследование, вызвав множество свидетелей и изучив каждую гнусную сделку, о которой мог узнать. В конце концов, комитет обнаружил достаточно, чтобы указать на повсеместную финансовую нечистоплотность и скандалы в администрации. Его отчет появился в июне I860 года, за пять месяцев до выборов, то есть как раз вовремя, чтобы вопрос о коррупции стал важным фактором в предвыборной кампании.15
В то время как республиканцы были заняты расширением базы своей популярности и разоблачением грязного белья демократов, последние, казалось, тратили большую часть своей энергии на сужение
основы своей привлекательности и дискредитации друг друга. Зимой и весной 1859-1860 годов затянувшийся процесс, в результате которого Демократическая партия перестала быть единой национальной партией, достиг своей кульминации.