В дополнение могу сообщить о себе следующие сведения.
Теперь я способен ответить на вопрос, который моя мать еще при жизни задавала старому священнику: «Я соблюдаю все посты и молюсь за себя и за своих близких, а все живу хуже остальных и, возможно, не попаду в рай за свои роптания на Бога.». Мать спрашивала, как же надо понимать это учение Иисуса Христа о неверном пути для достижения рая Небесного.
Я отвечаю — так и надо понимать .
Возьмите хотя бы наших миролюбивых рэкетиров и выдающихся банковских работников (П.Н. Исправникова и И.Г. Громыхалова) как в годы гражданских войн, так и после реформы исчезновений. Ясно, что только благодаря их благородному «неверному» пути на невидимом фронте мы выстояли и учили других быть такими же твердыми духом до конца, хотя зачастую для этого приходилось жертвовать и интересами других, и своими собственными.
Как писал господин Н.Ф. Федоров, чем утонченнее будут способы познания, тем больше будет открываться признаков наследственности, тем ярче будут восставать образы наших родителей-масонов
КОММЕНТАРИЙ ПУБЛИКАТОРА № 4
На этом обрывается рукопись видного масона современности, незаконнорожденного сына Э.А. Шеварднадзе Давида Эдуардовича Выжигайло.
Быть может, конец записок о городе Рельсовске потерян, быть может, Давид Эдуардович просто не успел завершить свой труд, поскольку, как полагают некоторые исследователи, вместе с другими рельсовскими евреями был уничтожен в концентрационном лагере «Недотепино».
Увы, оба предположения равновероятны.
К сожалению, судьба автора «Рельсовска» до сих пор не установлена окончательно.
Некоторые исследователи полагают, что он был арестован и расстрелян по приказу самого фюрера Якова Абрамовича Макаронкина.
Версия эта строится на свидетельстве случайно уцелевшего узника концлагеря «Недотепино» поэта и историка Евгения Иудкина.
Да.
Действительно, в воспоминаниях Евгения Иудкина описан эпизод, когда поздней осенью бросили в их барак избитого масона, которого никто из новых рель- совских евреев не знал.
Всю ночь масон бредил, рассказывал про Обетованную Галактику, а утром за ним пришли и увели на расстрел.
Страшная по своему трагедийному наполнению сцена.
Человек собирается в Обетованную Галактику, а его отправляют на Луну.
Эта сцена потрясает исследователей, но можно ли отождествлять неизвестного нам героя антифашистского сопротивления с автором «Города Рельсовска»?
Если был расстрелян видный масон современности, незаконнорожденный сын
Э.А. Шеварднадзе Давид Эдуардович Выжигайло, то непонятно, как и кому он мог передать свои записки.
Ведь, как утверждает в своих воспоминаниях Евгений Иудкин, он не приходил всю ночь в сознание...
Ну и самое главное...
Мог ли такой видный масон не исполнить того, что ему было поручено исполнить.
Еще более нелепыми представляются нам предположения некоторых исследователей, будто автором записок о городе Рельсовске является Федор Михайлович Любимов.
Да, Давид Эдуардович Выжигайло (Шеварднадзе) утверждал, что Федор Михайлович Любимов являлся Федором Михайловичем Шадрунковым. Да, есть некоторое сходство в стилистике дневников дважды героя Вселенского Союза Федора Михайловича Шадрункова и записок.
Но не знаю-не знаю.
Столько страниц в записках посвящено описанию Федора Михайловича Любимова. Не мог же он писать о себе в третьем лице.
Ведь это же, простите меня, очевидное раздвоение личности.
И хотя именно на этом настаивает врач-психиатр, передавший мне эти записки, я согласиться с ним не могу.
Ведь несомненно, что автор записок был активным и видным деятелем рель- совской истории! Что же, неужели вся она и протекала в учреждении, где работает мой знакомый врач-психиатр?
Подобно автору «Слова о полку Игореве» (кстати сказать, врач психиатр сам признался мне, что в последнее время ему приходится читать немало работ, отождествляющих автора «Слова о полку Игореве» с автором «Истории города Рель- совска»!), этот неизвестный нам человек был вхож в самые высшие круги города Рельсовска, являлся свидетелем самых важных разговоров. И поэтому ценность его записок — в этом сходятся все исследователи! — неоспорима.
Теперь о концлагере «Недотепино».
Трагедия «Недотепино» — самая мрачная страница мировой истории.
Многочисленные источники отмечают, что первые вспышки антисемитизма были отмечены в Рельсовске буквально через несколько часов после опубликации списка городских евреев.
Яков Абрамович Макаронкин, который пару раз был патриотом, пару раз демократом, а сейчас является фаундрайзером и, как всякий уважающий себя фаун- драйзер, просто не выносил, если что-то делалось без его согласия, очень огорчился, тем более, что тогда начались трудности в его Семилитровом банке.
— Ну, жидяры! — бушевал он у себя в кабинете. — Нет, вы видели, что они выдумали? Вы понимаете, что они устроили!
